Длинные руки нейтралитета

Последовала команда:

– А ну, станичники, рассыпайсь по укрытиям!

К счастью, стрелкам были места, где прятаться. Через считаные минуты посторонний глаз не увидел бы пластунов даже с пятидесяти шагов.

Шестеро крепких матросов с большими усилиями грузили на два воза и вправду тяжеленные щиты. Ещё шестеро сравнительно быстро переместили разобранные гранатомёты в третий воз. Четвёртый наполнялся гранатами, когда сигнальщик выкрикнул:

– Красно-синие едут верхом, с норда! Дистанция девять кабельтовых!

Посторонний восхитился бы зоркостью матроса Мягонького, но Шёберг отлично знал, что только такие в сигнальщики и попадают, и потому без промедления рыкнул:

– Численность?

– Не разглядеть, ваше благородие, едут без строя.

– Дубина, хоть примерно скажи: десяток там иль сотня.

– Не менее полусотни, ваше благородие.

– Передать флажным семафором на «Морского дракона» депешу: «Вижу конную разведку неприятеля числом до сотни. Дистанция девять кабельтовых. Прошу залпировать гранатами».

Экипаж корабля, исполнявшего в данный момент обязанности плавучей батареи, уже был готов действовать. Трудность заключалась в том, что ни комендоры, ни начарт противника пока не видели – только торчавшего на высоком берегу и сигналящего флажками Мягонького.

Командир отрядил Тароватова на мачту. Но и тому не удалось разглядеть конных. Наконец Семаков решился:

– Михаил Григорьевич, делать нечего. Палить придётся с поправками по флажным депешам.

– Кормовой, дистанция двенадцать кабельтовых, точно на норд. Давай одиночную.

Вспышки видно не было. Зато в небо взметнулся гигантский фонтан бурой земли.

Почти сразу же запорхали флажки.

– Носовой, твой черёд. Целиться на четверть румба к западу от норда, дистанция одиннадцать с половиной. Пали!

Французский отряд получил приказ в бой не ввязываться, но… Разумеется, кавалеристы заметили и возы, и суетящихся вокруг людей. А с обозом какой же бой? И капитан Андре Бошан приказал развернуться в лаву, но на галоп не переходить: артиллерии на виду не было.

Первой неприятной неожиданностью был ужасающей силы разрыв по левую руку от отряда. Судя по всему, это сработала заложенная мина, но уж очень большой силы был разрыв. Завизжала раненая кобыла под одним из разведчиков. Кони, хоть и были хорошо выдрессированы, испугались вспышки, сбились с крупной рыси и тревожно озирались, прижав уши.