Летос

 – Но скажи мне тогда, почему эта бесценная вещь здесь?

– Мы нашли ее.

– Где?

– Заброшенный карьер на окраине Тавера.

– Вот как. – Мужчина откинулся на стуле. – И почему же искать стали там?

– Часть песчаной стены обвалилась после дождя, под ней я увидел старую кладку, – неохотно ответил Тэо. – Тонкие обожженные кирпичи. Обычно в таких местах попадаются интересные вещи.

– В наблюдательности тебе не откажешь, артист. – Господин Эрбет подвинул статуэтку к себе. – Обожаю редкие предметы ушедших эпох. Теперь ты понимаешь, насколько я зол из-за вашего воровства?

– Разве земля принадлежит вам, милорд? – быстро спросил Хенрин.

– Карьер находится в городской черте. А все, что есть в Тавере, принадлежит моему отцу, а значит, и мне. Мы хозяева этого города. И, взяв что-то, пускай оно и пролежало в земле тысячу лет, вы взяли у нас.

Фокусник вздохнул и, понимая, что проще отдать проклятую находку, чем лечить сломанные ребра и ноги, смиренно произнес:

– В таком случае я и мой товарищ приносим свои извинения за это недопонимание.

– О, это очень любезно с твоей стороны, – с нехорошей усмешкой протянул господин Эрбет. – Подарить мне то, что и без того принадлежит мне.

– Чего вы хотите, милорд? – хмурясь, спросил Тэо. – Компенсации?

– Вот! – обрадовался благородный. – Вот что я хотел услышать! Ты сообразительный малый, циркач. Компенсация. Это хоть как-то исправит ситуацию, из-за которой я по вашей милости пропустил чудесную пьянку.

Он указал пальцем на Хенрина.

Тэо пропустил удар, вздрогнул, когда на его щеку попали горячие капли крови, а затем, взревев, попытался вскочить. Но не тут-то было. Сразу двое слуг, тяжелых, массивных, словно медведи, повисли у него на плечах, прижали к табурету, зафиксировали руки.

Акробат боролся, напрягая мышцы, одновременно с обоими, каждый из которых был тяжелее его, справиться не смог. Ему оставалось лишь рычать от ярости и отчаяния, точно загнанному в ловушку зверю, видя мерзкую ухмылочку благородного ублюдка, сидевшего напротив.

Он сражался до тех пор, пока кровавая пелена не растеклась перед глазами и стало понятно, что сопротивляться не имеет смысла.

Наконец его отпустили, но он чувствовал, мордовороты стоят за спиной, намереваясь вновь скрутить, если он позволит себе хоть один резкий жест.

– Может, вина? – участливо поинтересовался господин Эрбет. – А то ты как-то побледнел.