Бич сновидений

В комнате повисла пауза, наполненная посторонними звуками: скрипом полов в соседних квартирах, капаньем воды.

«Апатия», – думал Феликс, рассматривая собеседника. – «Подавленная воля. Ну, и физическая боль. Таким человеком легко управлять».

– Чжен, заварите чаю. И заодно расскажите, как вы работали с Икаром Стратосом.

Тот послушно поднялся. Шагнул к кухонному углу, отодвинул занавеску, за которой скрывалось несколько полок. Но затем замер и настороженно оглянулся на гостя.

– Работал, но… Это было какое-то время назад… Давно.

Чжен порылся среди мисок и плошек, достал чайник из темной шершавой глины, такие же маленькие чашечки, поставленные одна в другую, каменную ступку и узкий стальной нож. В общем, все для заваривания пуэра. А вот и сам он – круглая спрессованная плашка зеленовато-черного цвета. От нее пахло землей и сухими корнями.

– Двадцатилетний Пуэр, – пояснил бэйцзинец. – Произведен в провинции Юньнань. Форма прессовки Бин Ча.

– И над чем вы работали вместе? – спросил Феликс, которого абсолютно не интересовали подробности чайной церемонии, но ему надо было отвлечь внимание человека на бытовые мелочи и слегка отцепить сознание от блоков.

Чжен включил маленький электрический чайник, такой же замызганный, как и все в этой комнате. Отколол небольшой кусок пуэра ножом и начал растирать в ступке.

– Этот сорт двадцать лет выдерживался в земле, – пояснил он Феликсу. – Нужно смыть пыль и микроорганизмы, которые завелись в нем за это время.

– Ну да, – отозвался тот, и вновь вернул писателя к интересующей его теме: – Ваша работа была как-то связана с надвигающейся экологической катастрофой в Бэйцзине?

– Существует несколько способов приготовления Пуэра, – продолжал неторопливо, со вкусом рассказывать Чжен, как будто не слыша гостя. – Например, с предварительным прожариванием, которое обеспечивает необходимую дезинфекцию.

Голос писателя звучал мягко и плавно, журчаще, словно вода, бессмысленно переливающаяся из одного сосуда в другой.

Чжен выключил чайник, плюющийся паром, скользнул взглядом по столу, его рука дернулась, и в тот же миг танатос резко уклонился в сторону. Мимо пролетел нож, предназначенный для разрезания лепешек Пуэра, и с гулким ударом воткнулся в стену.

Чжен оглянулся. Его лицо было отрешенным, неподвижным.