Ренегат

Таланты заблокированы. Некоторые артефакты, например, такие, как браслет эйвы, сейчас для меня бесполезные безделушки.

– Но ты жив.

Я резко открыл глаза. Слова духа подействовали отрезвляюще.

– Да, ты прав. Я жив! И должен поблагодарить тебя за это.

– Не стоит. Пока ты жив – живу и я.

– Это еще почему? – удивился я.

– Я – твой дух-хранитель, – неопределенно ответил он. – Я заинтересован, чтобы ты жил. Мы – одно целое.

– То есть, ты что-то вроде моего питомца?

– И да, и нет, – ответил он.

– Почему ты так в этом уверен? – спросил я. – И вообще, откуда у тебя эти знания? Ты ведь, если я правильно понимаю, только недавно родился.

– Все верно, – ответил дух. – Я родился в тот момент, когда ты мне разрешил покинуть камень заточения. А что касается знаний… В перерывах между улучшениями големов я изучал манускрипты в библиотеке и архиве ордена.

Я нахмурился.

– То есть как, изучал?! Погоди… А доступ?!

– Я же твой питомец, – усмехнулся голос у меня в голове. – Помнишь?

Или паразит… С этим еще надо разобраться.

Мне стоило труда взять себя в руки. Ситуация с самоуправством духа мне нравилось все меньше и меньше.

– Ты чего напрягся? – тут же спросил голос. – Мы с тобой одно целое. Я не способен навредить тебе.

– Это все твои слова, – решил говорить правду я. – Где доказательства? С питомцами все ясно. Я могу увидеть их статус и отношение ко мне. А вот с тобой этот фокус не пройдет.

– Согласен, – неожиданно ответил дух. – Об этом я не подумал. Я чужой для Великой Системы. Именно поэтому ты не видишь информацию обо мне. Но это не потому, что я ее скрываю. Нет. Просто у системы еще мало данных обо мне. И существах подобных мне.

– Это ты тоже вычитал в библиотеке? – спросил я.

– Конечно, – коротко ответил дух.

– Мне почему-то таких книг там не попадалось, – блефовал я.

При этом я старался, чтобы мой голос звучал ровно.

– «Трактат об иномирных сущностях» магистра Ромаса. Том второй. Страница сто двадцать восемь, – быстро отрапортовал дух.

Сказать, что быстрый и исчерпывающий ответ ошарашил меня, значит, ничего не сказать. Мои глаза помимо воли полезли на лоб.