Чёрная жемчужина Аира

Именно поэтому письмо из Альбервилля показалось спасительным кругом, который бросила ей судьба. Летиция аккуратно положила его на стол и подняла взгляд на мадам Жозефину. Молчание бабушки было красноречивее всяких слов. В другой раз эту бумагу ожидал бы камин и очищающий огонь – вот участь всех греховных соблазнов, но ввиду сложившихся обстоятельств…

– Прочитала? – спросила мадам Жозефина, скорее, чтобы подчеркнуть значимость ситуации, достала второе письмо и положила рядом. – А теперь прочитай это.

Второе письмо было тоже из Альбервилля.

Родственников из-за океана она не помнила совершенно. Знала о них лишь то, что дядя Готье – адвокат и живёт в Альбервилле, а дядя Аллен – торговец в Реюньоне. Но, как оказалось, дяде Готье и дяде Алену по завещанию тоже полагались доли в семейном предприятии деда. И дядя-адвокат предлагал в письме свои услуги по управлению частью имущества Летиции в будущем владении. Он был уверен, что внучка Анри Бернара вряд ли захочет покинуть цивилизованный Старый свет ради того, чтобы жить на плантации, заниматься рабами и сахарным тростником, и поэтому предлагал приехать к нему, чтобы обсудить возможные варианты будущего управления наследством.

«…у нас большой дом, и мои дети – Филипп и Аннет – будут рады познакомиться с кузиной…».

Святая Сесиль! Покровительница и заступница! Как же это кстати!

Если и было на свете божье провидение, то это именно оно направляло перо Готье Бернара, когда он писал эти строки племяннице.

Это была долгожданная свобода, именно та, которой она хотела, сказав «да» Антуану Морье. Тогда она ошиблась. Но в этот раз…

Новый Свет – это ведь совсем другая жизнь, в которой можно забыть о горестном прошлом, начав всё сначала. И там её дом, могилы её родителей, её родственники, пусть даже она их никогда не видела. Там можно снова обрести семью, ту семью, которой у неё никогда не было.

И если бы можно было затанцевать в обнимку с этим письмом – она бы так и сделала. Но бабушка Жозефина смотрела пронзительно и цепко, и, придав своему лицу выражение озабоченности, Летиция потупила взгляд и спросила тихо:

– По-вашему, мне следует поехать?

– По-моему? Да ты же едва кадриль ногами не выстукиваешь от счастья, вертихвостка! – фыркнула бабушка и скрестила руки на груди.