Д'Арманьяки

 – Я не против обнажить шпагу, против вас двоих одновременно. Признаться, мне даже скучно фехтовать с вашим другом. Сейчас я проткну ему плечо… вот видите. Я же говорил… – это восклицание вырвалось у де Мирана после того, как его шпага сделав целый каскад обманных движений вошла в левое плечо Лануа. Тот отступил. Из плеча, как из щеки полилась кровь. Лануа почувствовал, что слабеет.

Де Миран вновь повернулся к спутнику Лануа.

– Я убью вашего друга, если вы не поможете ему! – предупредил он.

– Будь ты проклят! – вскричал в ярости бургундец и достав шпагу, бросился на де Мирана.

– Кузен! – вскричала Мирианда при виде этой несправедливости.

– Он сам желал этого!

– Его убьют кузен, он неминуемо погибнет, сделайте же что-нибудь – взмолилась Мирианда.

Что-то мне подсказывает, что ты ошибаешься кузина, – пробормотал герцог Барский.

Не успели отзвучать эти слова, как на их глазах облик де Миран преобразился. Вместо насмешливого и равнодушного человека, перед ними предстал другой.

Глаза его горели столь мрачным огнём, что свидетели этой сцены невольно содрогнулись. Весь облик пылал гневом и ненавистью, но едва он снова вступил в бой одновременно, против двоих и его облик и движения стали похоже на дьявольский огонь. Который то вспыхивает, то гаснет, но лишь потому, что должен вспыхнуть ещё ярче.

Его шпага замелькала с такой быстротой и он показал столь безумную скорость движений. Что меньше чем, через минуту, спутник Лануа пал мёртвый от прямого удара в грудь, который пронзил его сердце.

– Бог ты мой – прошептал потрясённый герцог Барский, – да в этом человеке воплощены все силы ада. Кроме великолепного мастерства и безумной отваги у него есть нечто… которое даже меня приводит в ужас.

– Сеньор! – окликнул де Мирана, герцог.

Де Мирана, уже с обычным выражением лица подошёл к герцогу.

– После того, что я видел, мне остаётся попросить прощения за свои слова!

– Это излишне! – отозвался де Миран.

– И всё же, почему вы не приняли мой вызов?

– А разве вы не пытались помочь вашей кузине? – негромко спросил де Миран, – разве вы не пытались, как вам казалось сделать меня счастливым? Возвысить безвестного дворянина до герцогини?

– Хотел! – признался герцог, – но у меня ничего не вышло.