И будет вам счастье

Поймав мой взгляд, она пояснила:

– Отдать сто рублей за бесплатный талон, виданное ли дело?

– Так не отдавайте, – пожала я плечами.

– А если нужно попасть на прием?

– Приходите к открытию поликлиники и сами берите талон.

– Да я была как раз к открытию! – закричала она. – Куча пенсионерок держала у входа круговую оборону, никого не подпускала к дверям. Потом бабки ввалились толпой и разобрали все талоны к специалистам. Вы думаете, им самим требуется лечение? Да они же выносливые, как лошади, на них пахать можно! Просто у них такой бизнес – продавать талончики всем нуждающимся! Безобразие, и куда только главный врач смотрит!

– Напишите жалобу в вышестоящую инстанцию, – посоветовала я.

Боевой настрой дамы мгновенно угас.

– Будут они разбираться, как же! – махнула она рукой. – У нас везде воры и взяточники сидят, им плевать на простых людей.

Продолжая возмущенно бубнить, она удалилась к лифтам. А я помчалась по лестнице на третий этаж к терапевту.

Моим участковым терапевтом оказалась пожилая дама.

Она красила волосы хной и забирала их на затылке в небольшой пучок. Когда я зашла в кабинет, врач что-то строчила в карте предыдущего больного, я могла лицезреть лишь ее макушку. Молоденькая медсестра тоже заполняла бумаги и не обращала на меня никакого внимания.

С полминуты я неловко топталась в дверях, но так и не дождалась приглашения войти. Пришлось кашлянуть, и лишь тогда медсестра сказала:

– Проходите, присаживайтесь.

Я села на пластиковый стул.

Через какое-то время врач разделалась с писаниной, отложила в сторону чужую карту, бросила на меня мимолетный взгляд и тут же взялась за мою карточку.

– На что жалуетесь? – профессионально черствым голосом поинтересовалась она, шустро водя ручкой по бумаге.

– У меня заражение крови. Вернее, отравление организма. Мне надо сделать биохимический анализ крови и…

– Диагноз здесь ставлю я, – перебила терапевт, – и назначать анализы – тоже моя прерогатива.

Вы просто расскажите, что вас беспокоит.

– Через три дня я умру. Сначала начнутся судороги, онемеют конечности, потом откажут легкие и сердце. Если не ввести противоядие, смерть гарантирована.

Врач с медсестрой синхронно оторвались от бумаг и уставились на меня во все глаза.

– С чего вы это взяли? – спросила врач.

– Так сказали двое мужчин, которые сделали мне смертельную инъекцию.

– Двое мужчин… – зачарованно повторила медсестра.