Однажды ночью в Лас-Вегасе

но неужели вам не захочется увидеть что-то другое?

– Вы хотите сказать, зачем женщина забивает свою слабую головку такими вещами? Женщины созданы для удовольствия, а серьезные вещи нужно оставить мужчинам? Это вы имеете в виду?

Поскольку это было приблизительно то, о чем он действительно думал, Лисандрос попытался выпутаться. Ему не понравилось слово «удовольствие», которое употребила она.

– Я не это хотел сказать, – наконец произнес он, – но когда жизнь открывает перед вами так много широких дорог...

– Это вы о Никаторе? Да, я могла бы броситься в его объятия или сделать что-то другое, что он хотел бы от меня.

– Простите, – сказал он поспешно, ослабив свои объятия после того, как инстинктивно слишком крепко сжал ее.

– О чем это я говорила? А, да! О возможностях.

– Забудьте о Никаторе! – взорвался Лисандрос. – Это не широкая дорога, а тупик.

– Я и сама уже поняла это. Мне уже не семнадцать, а тридцать два. Это старость.

Старость, с иронией подумал он, с такой персиковой кожей, шелковыми волосами и дразнящими глазами, которые так много ему обещали и предостерегали от дальнейших шагов.

– Если вы напрашиваетесь на комплимент, то выбрали не того мужчину, – буркнул Лисандрос.

– О, конечно. Я никогда бы не обратилась к вам в поисках нежности или чего-то другого, кроме... – она запнулась, словно осторожно подыскивая слова, – кроме чего-то такого, что вы могли бы сделать лучше, чем любой другой мужчина.

Он не смог сдержаться:

– И что же это?

– Хороший финансовый совет, – заявила она. – Ага! Вот я и сделала это!

– Сделали что?

– Заставила вас засмеяться.

– Я не смеюсь, – произнес он подрагивающими губами.

– А засмеялись бы, если бы так сильно не старались сдержаться. Я поклялась себе, что смогу заставить вас засмеяться. Окажите любезность. Позвольте мне одержать мою маленькую победу.

– Я никогда не оказываю любезности.

– Только эту? – спросила она, подняв брови.

– Я предпочитаю сам одерживать победы.

– Могу принять это как вызов на соревнование.

Они замолчали, двигаясь под музыку, и Петра подумала о том, как не похож он был на других, беззаботных мужчин, с которыми она в основном проводила свою жизнь.

– Вас привлекают соревнования? – спросил он.

– О да, – уверенно ответила она. – Я всегда стараюсь поступить по-своему.

– Я такой же.