Конъюгаты: Два

После ужина Аэлита поведала об их совместном шопинге с Хрисанфом, но, всё же, вырезала момент с шуткой Агния про любовь.

У дядюшки неловко с юмором порой оказывается. Ну, правильно! Он же дядюшка! А дядюшек надо подбадривать!

И Колобочек и муж Далилки. Со всеми надо осторожнее, что ли. А то мой сахарный цыпленок разочаруется во мне. Дядюшка просто местами некультурный и невоспитанный. Что поделаешь, они с дедушкой уже слишком старые, чтобы манер придерживаться. И Лил не стоит знать об этой выходке.

Тётушка феноменально ревнива.

Они с Арсеном уже лежали в его постели и собирались посмотреть всё тот же фильм, когда парень поправил ей сбившуюся прядь и натянул ободок на её непослушные волосы.

– Смотри, не слишком с ним фамильярничай. Он потрясающе ревнивый. Далила то, Далила сё. Как банный лист прилипнет, если кто что скажет о его дражайшей супруге. Если она кому-то симпатична, он просто агрессивно начинает симпатизировать того бедолагу. Жуть да и только.

Не хватало, чтобы он тут у нас зависал семь дней в неделю.

Аэл устроила на твёрдой диванной подушке побольше вкусняшек и кивнула.

– Да, то-то, он так тебя полюбил.

– Не говори так.

– Сам же сказал.

– Это всё из-за его теории, что я – странный конъюгат, как он выразился. Я просто для него диковинный жучок. Он же биолог, учёный, как твои родители.

Арс не вытерпел натиск её сейчас темно-зеленых глаз с коричневыми крапинками, критично смотрящих на него сверху вниз и снизу вверх.

– Ты сама временами похожа на этого гребаного Хрисанделя! Я вам что, бабочка-аполлон?

Аэлита потупила взор, затем не утерпела и вновь впилась в него влюбленными глазищами.

– Не бабочка, а просто красивущий и восхитительный аполлон, которого я боюсь назвать своим, настолько он хороший и замечательный.

Глава 8

Хрисанф вошёл в дом, почему-то вспомнив, что сыновья улетели с Калитой глубоко на север. Айнар совершенно не хотел из одной глухомани в глухомань похлеще, но оставаться здесь на виду отца, один без брата, тоже не горел особым желанием.

Ключица давно зажила, но в памяти осталась воспоминание о ярости Агния, что предостаточно умерило его наглость в присутствии того, кого он не очень-то любил. Зато Айтал радовался как ребёнок, что поедет с симпатичным ему другом папы в дальние края, где воочию увидит и повозится с животными, о которых всегда мечтал.