Врата духа

Мне потребовалось пятнадцать лет на то, чтобы смириться с ее смертью.

– И вот ты здесь.

– Да, и вот я здесь.

– И что же спустя столько лет заставило тебя покинуть твою излюбленную Эдшару? О, дай угадаю тебя призвали ко двору кериси и поручили вернуться в Цитадель. Нет-нет, я не лезу в дела твоей расчудесной страны. Ни в коем случае. Я еще помню тот день, когда ты мне в очень доступной форме объяснил, что дела эдшарцев касаются только их самих и тот, кто попытается сунуть в них свой нос, может его лишиться.

В голосе Байнса появились издевательские нотки. Когда Идаши принял решение уйти из Высшего совета и покинуть Цитадель, они сильно разругались. У Байнса были далеко идущие планы, но они не имели шанса на успех без поддержки Идаши. Тогда они наговорили друг другу много неприятных слов, но время сгладило их, превратив в пыль. По крайней мере Идаши вспоминая о дне их разлада больше не испытывал ни обиды, ни огорчения.

– А как хотел бы ты сам? – ответил он вопросом на вопрос.

– За пятнадцать лет твоего отсутствия я понял лишь одно, – монотонно, словно читал лекцию для слушателей Цитадели, произнес Байнс, – что с тобой Идаши Месика лучше дружить, чем враждовать. Впрочем, это я знал и раньше. Но это не означает, что кто-то не должен иногда вправлять тебе мозги, чтобы ты слишком уж не зазнавался и не принимал нелепых решений.

Идаши рассмеялся. Смех был чистым и непринужденным, Байнс, хоть и более сдержанно, засмеялся в ответ. Наконец-то с момента своего прихода в это поместье Идаши смог расслабиться. Он не знал, как воспримет его визит Байнс Тэхиси, после их не совсем дружеского расставания и пятнадцатилетнего отсутствия Идаши, но похоже его старый друг тоже отпустил свое прошлое, по крайней мере смирился с тем, что произошло.

– Ну и чего ты там маячишь у меня за спиной, – резко переставая смеяться гаркнул Байнс.

Идаши не заставил себя ждать. Прихватив со стола уже почти пустую бутылку, он пододвинул свободное кресло к другому, в котором развалился Байнс, и сел. Кресло под ним тут же стало качаться, и он чуть было не пролил на себя вино. Все же Идаши предпочитал сидеть на чем-то более устойчивом, чем в кресло-качалка.