Врата духа

Если бы не твой глупый поступок, то мы оба сейчас занимали бы положенные нам места в Цитадели. Ладно, это уже в прошлом. Так зачем ты здесь? И ах да невежливо с моей стороны было не поинтересоваться о том, как там дела у Карише. Она в конце концов согласилась отпустить тебя? Или она прибыла в Иритаску вместе с тобой?

Идаши до боли в суставах сжал ножку бокала. Имя, которое уже дважды произнес Байнс, отдалось болью в его голове. Нет, он не поддастся тоске и отчаянию, ведь прошло уже столько лет. Несмотря на то, что ее не было рядом, она не отпустила его до сих пор, как бы он не пытался освободиться от ее уз.

– Она что не знает о том, что ты здесь? – похоже Байнс истолковал его молчание именно так. – Зная Карише ей это определенно не понравиться.

– Она мертва, – глухо ответил Идаши, а затем залпом осушил бокал. Теперь вино казалось горьким на вкус и соленым словно кровь.

Идаши судорожно взял бутылку и наполнил свой бокал. Ему нужно было взять себя в руки.

– Мертва!? – похоже Байнс был удивлен этому известию. – Когда это случилось? – вместо соболезнования, как это делали многие в таком случае, спросил он. И Идаши был ему благодарен. Нет ничего хуже, чем бессмысленное сочувствие. Того что случилось уже не изменить, сколь бы слов сожаления не было произнесено. Идаши тихо вздохнул и отпил немного вина. Незачем было скрывать это, тем более перед Байнсом.

– Она покончила с собой через месяц после того, как мы прибыли в Эдшару, – ответил он и голос его не дрогнул, чему Идаши был несказанно рад. – Ей не удалось справиться с тем, что случилось.

– Э-э-эх, женщины, – протянул Байнс. – Слабые существа. Вечно мы попадаем из-за них в передряги. Взять хотя бы мою Франческу… Ну ладно что уж там. Кстати, я всегда думал, что Карише невозможно сломить. Скорее уж проще было согнуть голыми руками столетний дуб, чем эту женщину. А оно вон как все вышло…

– Я тоже так думал, – вздохнув ответил Идаши.

– Скверно то, что она потянула тебя за собой, а потом…, – Байнс замолчал, даже он, кажется, понял, что может перегнуть палку. – И тебе потребовалось пятнадцать лет на то, чтобы решиться вернуться?

– Нет.