Грешная девственница

Если высоко поднимешь кожуру, а затем уронишь ее, тогда получатся инициалы твоего будущего мужа.

Алиса захихикала.

– Тетя Кэролайн, так дело не пойдет. Яблоко чистили вы, вам и ронять кожуру.

– Я не собираюсь выходить замуж еще раз.

– Прошу вас.

Эйвери наблюдал за ней. Его забавляло, что взгляд больших зеленых глаз девочки и едва заметно подрагивавшая нижняя губа подействовали не только на миссис Джордан, но и на него самого. Он вздрогнул, подумав, какое впечатление произведет Алиса на молодых людей, когда подрастет и совершит первый выезд в высший свет.

– Пусть будет так. Получится либо буква «3», либо «К» или что-то совсем неожиданное. – Кэролайн подняла кожуру и отпустила ее. Они вместе с Алисой внимательно разглядывали кожуру, точно ученые, вооруженные увеличительным стеклом. – Я ничего не могу разобрать, – наконец сказала она. – Волшебство явно подействовало, а это значит, что я больше не выйду замуж.

Эйвери наклонился через стол.

– Это строчная буква «Э», – заметил он. – Она обращена в мою сторону, вот почему вы не разглядели ее. Только посмотрите – эта буква почти круглая, если не считать маленького хвостика.

– С этой буквы ведь начинается имя Эйвери! – воскликнула Алиса.

Наступила мертвая тишина, которую вскоре нарушила Кэролайн:

– Алиса, твой папа женится на леди с титулом. Вероятно, она именно сейчас роняет яблочную кожуру. У нее уж точно получится прописная буква «Э».

– Вы не лишены задатков дипломата, – тихо заметил Эйвери, пока Алиса, покусывая яблоко, увлекалась составлением букв из кусочков кожуры. – Простите меня, если мы с Алисой смутили вас сегодня утром.

– Вы не смутили меня, – ответила Кэролайн и сосредоточила свое внимание на кусочке фрукта, лежавшего на ее тарелке.

Эйвери догадался, что Кэролайн и в самом деле не смутилась. Но она была подавлена. Он научился читать чувства, которые Кэролайн пыталась скрыть под холодным выражением лица.

«Он когда-нибудь женится, и у Алисы появится мачеха. Девочка станет называть ее мамой и полюбит ее. Они заживут одной семьей в какой-нибудь шикарной европейской столице, пока Эйвери продолжит работу на поприще дипломатии.