Под Южным крестом

Он почти взобрался туда, как вдруг был остановлен грубым голосом рулевого:

– Пассажиры сюда не входят!

– Но я хотел бы взглянуть на компас, – отвечал Пьер де Галь.

– Я вам повторяю, что пассажирам вход сюда запрещен! – крикнул еще грубее американец.

Взбешенный Пьер вернулся на палубу и, встретив помощника капитана, пожаловался на грубость рулевого.

– Курс парохода – не ваша забота, – ответил Пьеру помощник и скрылся в рубке.

Старый матрос ничего не ответил и спустился в каюту.

– Что с тобой, старина? – спросил молодой человек.

– Готовлюсь всадить две унции свинца в голову этой обезьяны, которая командует нашей шаландой.

– Что ты хочешь этим сказать? Неужели твои подозрения справедливы?

– Или я непозволительно ошибаюсь, и мне нужно матросскую фуфайку заменить бабьим чепчиком, или эта каналья ведет нас в Тихий океан.

– Будь мы одни, я мало беспокоился бы о нашей жизни, – озабоченно произнес Фрикэ, – но мы обязаны исполнить поручение друзей, которые рискнули всем своим капиталом.

– Во всяком случае, этот долговязый американец нам дорого заплатит! – угрожающе закричал Пьер, потрясая револьвером.

Настало время завтрака, и наши друзья, хотя и сильно смущенные непонятным поведением капитана, подкрепили свои силы несколькими китайскими блюдами.

Тут произошло что-то загадочное.

Они впали в глубокий тяжелый сон. Сколько он продолжался, друзья не знали.

Когда они проснулись, полная темнота царила вокруг. Головы были точно налиты свинцом, а руки и ноги связаны.

– Черт возьми, – прошептал Фрикэ, – я на четырех якорях!

– Тысячу смертей! – воскликнул громовым голосом Пьер. – Мы брошены в трюм!

Глава II

Фрикэ был прав, а Пьер ошибался.

Они лежали связанными по рукам и ногам не в трюме, а около своей каюты. Сильное наркотическое средство сделало свое дело: оно ослабило мускулы моряков, иначе вряд ли веревки удержали бы их.

С хладнокровием человека, бывшего и не в таких переделках, Фрикэ попробовал разорвать веревки и, убедившись в их крепости, прервал молчание.

– Пьер, все это произошло по моей вине, я должен был учесть твои подозрения.

– Разве можно было что-нибудь сделать?

– Конечно.

– Как?

– Очень просто. Я схватил бы за шиворот капитана, ты – второго бандита, его помощника.