Без гроша в кармане. Среди факиров (сборник)

Другие набросились на него с проклятиями и бранью, которые долетели до слуха Бессребреника.

Джентльмен, не подавая виду, что обращает внимание на этот шум, воспользовался коротким затишьем, чтобы выполнить чрезвычайно смелый маневр: повесив ружье на седло, он уцепился рукой за лошадиную гриву, ногу сунул в стремя, а свободной рукой острием ножа уколол лошадь в бок.

Только индеец или клоун могли проделать подобный пируэт на виду у неприятеля, для которого жизнь не стоила и ломаного гроша. Конь совершил отчаянный прыжок и помчался, унося неустрашимого седока, которого еще и прикрывал собой.

Бессребреник направлял его параллельно линии ковбоев, так что они не могли его видеть и пули их в крайнем случае попали бы в лошадь, а не в него.

В первые минуты ковбои подумали, что лошадь вырвалась, а сам он притаился в высокой траве. Им и в голову не пришло, что этот белоручка, не тронутый даже загаром степей, осмелился проделать такой маневр, перед которым отступали самые храбрые из них, и с громким хохотом они устремились к тому месту, где предполагали захватить джентльмена, дабы заставить его расплатиться за нанесенную обиду.

Каково же было их разочарование, когда первый из них, разгадавший хитрость, взревел:

– Дураки, разве не видите, что мошенник удрал!

С громкими ругательствами ковбои бросились к лошадям и поскакали галопом вдогонку.

Но Бессребреник воспользовался их минутным заблуждением. Острие ножа по-прежнему царапало бок лошади, и она летела как стрела, догнать ее уже было немыслимо.

С изумительной быстротой и ловкостью джентльмен вскочил в седло и пригнулся к шее животного, не перестававшего мчаться вперед.

Ковбои не могли прийти в себя от изумления.

– Мы не отстанем от него, хотя бы пришлось скакать до самой преисподней! – вскричал один из них, вонзив огромные мексиканские шпоры в бока своей лошади.

– Да, да! До самой преисподней! – вторили остальные, скрежеща от бешенства зубами.

И началось одно из тех неумолимых, ожесточенных преследований, которые знакомы только этим охотникам за лошадьми, по целым неделям скачущим по какому-нибудь следу с фантастической неутомимостью краснокожих.

Непогода, усталость, лишения – ничто не останавливает, не удерживает их. Они несутся по лесам, равнинам, долинам, не сбиваясь с пути, никогда не смешивая с другими тот след, который с высоты своего седла узнают между сотнями других.

Бессребреник между тем, не тушуясь, продолжал гнать свою лошадь.