Сдаюсь твоим рукам

Я со страхом взглянула на нее. Так странно видеть вместо лица пустоту. Где рот, который произносит слова? С ужасом замерла, боясь пошевелиться. Карие глаза гипнотизировали и лишали воли.

– Ты станешь великой, твое имя будут произносить с трепетом.

От удивления открыла рот и услышала шипение жен отца.

– Как может стать великой дочь рабыни?

– Девчонка – это не сын.

– Веста будет великой наложницей гарема.

И они противно так захихикали. Мама опустила голову.

– Молчать! – прикрикнул на теток отец.

 – На колени! Или вы забыли, где находитесь?

Жены рухнули на пол, а король поднял маму и, обхватив ее голову, произнес.

– Завтра я покидаю страну по государственным делам, по возвращении мы поженимся. Давно мне нужно было это сделать.

– Но, мой повелитель, по закону тебе нельзя иметь больше четырех жен, – прошептала мама.

– Значит, разведусь с одной из них, – громко сказал отец.

– Да, мой повелитель, – услышала я счастливый шепот матери, и сама довольно улыбнулась.

Полубогиня вылечила маму, отец теперь будет всегда рядом, а я стану великой.

Мы торопливо покидали храм советницы, мама спешила домой, чтобы успеть приготовиться ко встрече с отцом перед его отъездом. А я мечтала о своей славе, представляла себя царицей государства, как казнила бы ненавистных жен отца. Нет. Сначала я бы их жестоко пытала, а уж потом казнила.

А через три дня случился кошмар, который навсегда изменил меня и мою жизнь.

Я лежала на кровати в спальне родителей, мама рассказывала историю о принцессе и гладила мои волосы.

Мы были счастливы в тот момент. Отец весь день и вечер провел с нами, а я наслаждалась общением с ним. Мама говорила, что я похожа на папу чертами лица и цветом волос, лишь глаза были мамины, голубые. Утром отец разбудил меня, и мы попрощались.

– Папочка, ты, правда, женишься на мамочке?

– Конечно, Веста, я ведь обещал, а короли не имеют права давать пустых обещаний, иначе им никто не будет верить.

Привычка еще с младенчества держать маму за светлые волосы и засыпать под ее тихий голос, осталась и в восемь лет.

Я вдыхала цветочный запах любимых духов мамы, глаза закрывались, и медленно погружалась в сон.

– У принцессы были дивные волосы. Длинные и темные, как ночь…

Материнский голос успокаивал, дыхание мое становилось глубоким и размеренным. Спать с ней в одной постели было такое счастье, и мама баловала меня, когда отец не ночевал в нашем доме.