Дневник Маленькой Королевы

– Ваше Светлейшество! – я закричала, спрыгивая с алтаря. Ноги подкосились, я упала, вытягивая руку в останавливающем жесте: – Не убивайте её! Она не хотела мне смерти и была вынуждена так поступить!

– Предать тех, кто не отвернулся? – жажда убийства бушевала в его полыхающих драконьей силой глазах, что было разрушительно в первую очередь для него самого.

– Ей обещали помощь. Она поверила профессору Снипрхинипронсе.

Лицо повелителя стянула судорога, ярость, взятая под контроль, пока ещё довлела над светлой мыслью уступить моей просьбе.

– И дальше ты живёшь строго по моим правилам? – озвучил он условие нашей новой сделки. Внимание повелителя, как и всех присутствующих, теперь, было приковано ко мне.

– Давайте обсудим, – попробовала торговаться, и тут же сдалась. Тело деканши заметно поднялось над полом, удерживаемое смертоносной силой. – Ладно! Ладно! По Вашим правилам! – Блеснул портал, и Жозель исчезла.

– Друг, – воззвал к повелителю царь Тхетельситапрохса, – твоя женщина вправе требовать компенсацию.

– Говори! – приказал мне повелитель. И мне показалось, что с такой злостью он даже с гоблином не разговаривал.

Благополучное завершение незапланированного визита было бы прекрасной наградой за мои страдания. И я потребовала не раздумывая:

– Заклинание Клю…

– Зачем красавице какое-то заклинание?! – меня перебили на полуслове. – Прими это! – Между мной и царём возникла куча гоблинского добра: рулоны тканей, шкурки бедных животных, очень пушистых и красивых при жизни, сундуки с откинутыми крышками, одни с золотыми монетами, другие притягивали глаз доверху наполненные чем-то блескучим, мигавшим огоньками отражений пламенеющей силы, которая по-прежнему закрывала дыру в стене.

– Таких… – он подбросил десяток, играющих красными отблесками камней на ладони от чего по комнате мгновенно забегали сотни огоньков, – … больше не найдёшь, сколько не ищи.

– Ключ! Покажите, как проникать в структуру активных заклинаний! – проговорила решительно и неприклонно.

Но долгие уговоры принять предлагаемые царём сокровища смог прекратить только вид теряющего терпение повелителя. А я, как назло, опять себя ярким термитом почувствовала. Ну, да.