Принявшие Дар

Его непревзойденная красота и мощь создавались трудом тысяч Мастеров. Большинство из них – клонированные потомки выдающихся ученых и художников, истинных поборников интеллектуального творчества и Высокой науки. Несколько веков понадобилось жрецам, чтобы собрать и воссоздать генетические копии гениев, живущих в невообразимо далеких мирах.

За относительно короткое время Альдеон украсился бесчисленным количеством совершенных произведений искусств. Бесподобные по замыслу, безупречные по исполнению шедевры, лишенные страстей и примитивных эмоций, заполнили выставочные залы, площади, города.

Смелые научные открытия и изобретения следовали одно за другим. Деятельность ученых, основанная на использовании высоких технологий и развитии собственных ментальных способностей, стала сродни волшебству. Альдеон заслуженно приобрел славу мира Совершенства и Бесстрастия.

Лоренс прикрыл глаза и приостановил поток мыслей. Тихий шорох песчинок, едва различимый звук ветра, песчаные волны, бесконечно сменяющие друг друга, – из ничего возникает видимость всего и вновь уходит ни во что – таков незыблемый закон вечности.

Сознание приближалось к высшей своей точке – великому безмолвию, где единственной, обладающей страшной силой, реальностью, был одинокий разум – вечный, свободный, бесстрастный… Перед ним возникли будущие контуры новой мелодии. Лоренс взял пригоршню песка, тихой шелковой струйкой тот потек сквозь пальцы. «Наверное, такие же шелковистые и легкие волосы у Милиоки. Что будет, если запрокинуть ее голову и долго-долго смотреть в ее глаза?» – незваной гостьей промелькнула дикая мысль.

Он спохватился, вновь попытался настроиться на высокий лад почти сложившегося музыкального образа, но ощущение бесстрастия и покоя безвозвратно покинуло его.

– Ах как скверно! – произнес вслух Лоренс, морщась, как от боли.

Все началось неделю назад. В тот день он много и хорошо поработал. От усталости ныла спина, слегка кружилась голова. Сразу вспомнилось, как давно он не покидал свою мастерскую, захотелось выйти на воздух, пройтись по городу.

Бродя по центральным улицам, Лоренс подолгу останавливался перед работами Переселенцев Первой волны. Созданные ими образцы архитектуры, живописи, скульптуры поражали воображение разнообразием идей и средств выразительности.

Площадь Неиссякаемого Творчества с постоянно обновляемой экспозицией его разочаровала. Новых сооружений было как никогда мало, а те, что появились, нельзя было назвать образцами Высокого Искусства.