Ты маньячка, я маньяк, или А пес его знает

К вам идет мой супруг!

– Чудесно!

– Он будет вас кое о чем просить!

– Великолепно! Ни в чем ему не откажу…

– Умоляю вас, откажите ему! Откажите!

Консьержка, тайно влюбленная в красавца Лагутина, смущенно призналась:

– Отказать Леониду Павловичу я вряд ли смогу. Даже не знаю.

– Умоляю вас, постарайтесь!

– Ну… Это будет совсем нелегко.

Евдокия схватилась за голову:

– Горе мне! Горе!

Поставив машину в гараж, она ворвалась в подъезд и метнулась к консьержке:

– Тетя Маша, вы мужу моему отказали?

– Легко, – выдохнула та и, содрогнувшись спросила: – Где вы Кабысдоха такого себе откопали?

– На это я мастерица, – радостно сообщила Евдокия и помчалась домой целоваться с разлюбезной своей Пенелопой.

Там ее встретил Лагутин – совсем другой. Поручив пса заботам домоправительницы, он снова обрел хорошее настроение и, с азартом потирая ладони, шутливо вопрошал:

– Пенелопа, а не пора ли нам лопать?

– Пора, Леонид Павлович, конечно пора. Дуняшу дождемся и буду кормить, – соглашалась она, криво и нежно ему улыбаясь.

Время скосило ее рот и глаза, но душа Пенелопы под давлением тяжестей и невзгод окончательно распрямилась: любой мог туда войти, не спотыкаясь. Услужливые быстрые руки ее не знали покоя, и к приходу хозяйки был и завтрак готов, и пес накормлен, и заперт на время в ванной.

Сели за стол.

«Неужели я наконец-то поем?» – обрадовалась Евдокия и напоролась на окрик мужа.

– Пенелопа, Дашеньке овощи, – категорически сообщил Лагутин и пояснил: – На диете она, но зато я оттянусь по полной программе.

Пока Евдокия уныло заправлялась морковкой с бобами, Пенелопа вилась вокруг хозяина, подкладывая в его тарелку разлакомые куски.

– Леонид Павлович, вот это возьмите, вы же копчености любите, – суетилась она.

– Нет, я сальности обожаю, – шутил Лагутин и скромно просил: – Мне, пожалуйста, во-он тот кусочек с жирком, что побольше.

Голодная Евдокия втихомолку сердилась: «Семейная идиллия, черт возьми.

Но долго благодушествовать хозяину не пришлось. Насытившись, он с наслаждением выпил кофе и поднялся из-за стола с восклицанием:

– А теперь бриться и в душ, но перед этим загляну в кабинет, приготовлю кое-какие бумаги и новый костюм подберу.