Почем фунт лиха

Когда стало очевидно, что через несколько секунд он полностью выползет из гнезда и дверь в сад откроется, я потянула ручку на себя и до отказа задвинула шпингалет обратно в гнездо, заклинив его первым попавшимся под руку деревянным брусом, каких здесь было видимо-невидимо. Дверь по-прежнему вибрировала, но брус, намертво зажатый между стеной и шпингалетом, гарантировал неподвижность последнего.

Вибрации недоставало, чтобы повредить созданную мною конструкцию, и, воспользовавшись этим, я отправилась на кухню, окна которой выходят в сад.

Охваченная приступом любопытства, я взгромоздилась на табуретку, распахнула форточку и сунула в нее свою бестолковую голову, стараясь разглядеть вибрирующую дверь со стороны сада.

Открывшееся было так неожиданно, что я едва не сверзилась на пол. Под дверью стоял тот самый подозрительный незнакомец из черного «Мерседеса». Недоставало лишь его наглющей девицы.

Первым моим порывом было вежливо поприветствовать его. Но, присмотревшись, я обнаружила, что незнакомец совершает странные пасы каким-то предметом.

Я пулей понеслась к своему шпингалету, присела на корточки и уставилась на него во все глаза.

А-а! Мерзавец просверлил в моей двери дырку, вставил туда нечто, похожее на щипчики или пинцет, обхватил этими щипцами шпингалет и пытается таким образом выдвинуть его из гнезда. Неудивительно, что дверь при этом трясется.

«Не проще ли вырезать на кухне стекло и таким образом проникнуть в дом», – подумала я и тут же осудила себя:

– Ну да, пойди посоветуй злоумышленнику, если он сам не догадался, тем более что совет глупый.

Какой смысл вырезать стекло, если оконные переплеты такие частые, что в них и голова не пролезет. А распилить их беззвучно – утопия. Хотя… умудрился же он продырявить дверь…

Заключив, что не мне учить злодея, я задумалась о своей судьбе. Стремление покинуть дом уже созрело, но я еще не очень ясно представляла себе, как его осуществить. Через сад, как собиралась раньше, – невозможно. А через двор – опасно.

Как знать, не поджидает ли меня у ворот еще один злоумышленник.

И тут я вспомнила о своих добрых соседях. Ситуация приобрела ту исключительность, когда им не должна показаться невежливой просьба о помощи, звучащая в три часа ночи.

«Позвоню соседу справа, тому, окна которого выходят в мой сад», – подумала я и схватила телефонную трубку.

То, что обнаружилось, лишило меня последних сил. Телефон молчал, причем абсолютно. Холодное безжизненное молчание.