Запретные воспоминания

Конечно, с учетом приключившегося в больнице ЧП она вошла бы в положение и не стала сильно гнуть пальцы, но то, что даже в сложившихся обстоятельствах главврач областной больницы помнил о своих обязательствах, вызывало уважение.

Она открыла сообщение. «Владислава Игоревна, необходимые дополнения с заведующими отделениями обсужу завтра в первой половине дня. Обещаю, что к концу завтрашнего дня документ со всеми предложениями будет у вас. Простите, но сегодня было не до тюнинга. Поэтому несколько дней придется поработать в ограниченном функционале.

«Раз вы не переживаете, то и мы не будем», – ответила она.

«И правильно. И без этого есть из-за чего переживать», – сообщил телефон и тут же звякнул снова, выдав картинку, на которой забавный пес обнимал кота.

«Если нервничаете, возьмите себя в руки или отдайте в хорошие», – гласила подпись к картинке. Влада оторопело смотрела на экран, пытаясь понять, что все это значит. Меньше всего на свете она была готова к тому, что Владимир Николаевич Радецкий начнет с ней флиртовать.

«Второе вселяет больше надежд. А то все сама, все сама», – быстро отстучала она, отдавая себе отчет, что вступает в зыбкую трясину.

Ей не нужны были никакие сложности. На данном этапе своего жизненного пути у Влады Громовой было все, чтобы жить безбедно и спокойно: профессиональная репутация, успешный бизнес, обеспечивающий весьма приличный доход, прекрасная квартира, любимый взрослый сын, строящий свою, отдельную от материнской карьеру, а главное – полная свобода, в первую очередь эмоциональная, выстраданная в результате сложного развода.

Двадцать лет назад муж оставил ее лежать в руинах, которые погребли под собой самое важное – чувство самоуважения. Она восстанавливала его по камушку, по кирпичику, собирая остатки гордости. Ей пришлось выкупать у него собственную квартиру, которая была на ее деньги, но оформлена на свекровь. Ставить жесткий блок на попытке по-прежнему вмешиваться в их с сыном жизнь, приходить в ее дом, есть ее еду, приводить каких-то баб, чтобы уязвить ее самолюбие еще больше, заставить ревновать.

На то, чтобы собрать свое «я», ушло три года, немалые деньги были потрачены на психолога, но Влада справилась и вот уже довольно долго жила в полном ладу с собой и окружающим миром, выйдя из всех испытаний тем человеком, которым ее сегодня знали окружающие: сильным, жестким, с несгибаемой волей.