Запретные воспоминания

Сдерживая внутреннее ликование, Влада метнулась к кофемашине, поколдовала над кнопками, сварила две чашки эспрессо, одну поставила перед Тихомировым, вторую на маленький приставной столик, с удобством уселась и полезла в интернет. За три минуты она успела не только выпить свой кофе, но и узнать о случившемся в больнице убийстве. Олег был прав, в нынешнем цифровом мире сплетни распространялись мгновенно, поэтому в одном из городских пабликов уже вовсю обсуждалась странная гибель 83-летней старушки, задушенной в больничной палате при помощи подушки.

Основные комментарии проходили по линии «врачи-убийцы», но эта глупая версия Владу не интересовала. В силу специфики работы у нее было много знакомых врачей, и все они, профессиональные и не очень, умные и дураки, душевные и циничные, все-таки стремились спасать, а не убивать. Тем не менее у любого убийства обязательно была если не причина, то повод. «Кто шляпку спер, тот и бабку пришил», – вспомнилась ей вдруг строка из пьесы Бернарда Шоу «Пигмалион». Не удержавшись, Влада даже пробормотала ее вслух.

– Что ты хочешь этим сказать? – взвился вдруг Тихомиров, так и не притронувшийся к своему кофе. – Ты на что намекаешь?

– Олег, тебе нервы подлечить надо, – сказала Влада, вставая. Орать на себя она не позволяла никогда и никому. – Ты сегодня так странно на все реагируешь, что я уже не знаю, что и думать. Я тебя очень прошу, в манию преследования не впадай. Никто не хочет тебе никаких неприятностей. Поэтому успокойся, пожалуйста. На сегодня я прощаюсь, вернусь, когда тут у вас обстановка будет менее нервной.

Он вяло кивнул и снова закрыл лицо руками.

Уехав из больницы, Влада отправилась на работу. За повседневными делами она и не заметила, как покатился своей чередой, а потом и закатился день. Постепенно опустел офис, закончившие свою работу сотрудники разошлись по домам, стихло гудение принтеров, легкое жужжание ламп дневного света под потолком, клацанье компьютерных клавиатур, гомон голосов, телефонные звонки, шум шагов. Повисла та самая тишина, которую Влада так сильно любила, потому что в ней ей особенно хорошо думалось и работалось.

Негромко брякнул телефон, сообщая, что в WhatsApp пришло сообщение. Влада взяла его в руки и обомлела. «Радецкий Владимир Николаевич» было написано на экране. А, ну да. Она же сама просила дать ей предложения по гибридной операционной сегодня.