Амулет счастья I

Рыков понимал, что играет в опасные игры с преступным миром Ленинграда, но отказаться уже не мог. В последнее время, имея под ногами устойчивый финансовый фундамент, он уже все чаще задумывался, как выйти из этой игры, повесив всех собак на кого-то из его окружения. Приехав в отделение, подполковник тут же вызвал к себе в кабинет начальника отдела по борьбе с наркотиками майора Комарова.

– Вызывали, Константин Григорьевич? – Комаров просунул свой длинный нос, точно жало комара, в кабинет начальника отделения полиции.

– Заходи, Леонид Александрович, – Рыков молча достал из стола пару бокалов и бутылку пятизвездочного конька.

– У нас какие-то неприятности, Константин Григорьевич?

– Пока нет, но будут, если мы не примем соответствующие меры.

– Если вы по поводу наркотиков, то я все сделаю в лучшем виде. Я прекрасно все понимаю.

– Так вот, меня сейчас Добровольский накрутил, как пацана за изъятие товара больше, чем заложено у них в смету, – серьезно сказал Рыков.

– Я проморгал, я все и улажу, товарищ подполковник, – теребил в руках Комаров бокал с коньком.

– Да, пей ты уже, майор!

Комаров залпом выпил напиток и сказал, закусывая шоколадом:

– Прыткий оказался гаденыш.

– Так, может, мы его определим на другое место? Не спокойно мне от таких инициативных работников! Понимаешь?

– Хорошо, давайте, как говориться, посмотрим на него до первой звезды.

– Тогда, Саша, вся ответственность лежит на тебе за Корнеева, вот так! – Рыков налил еще конька.

– Константин Григорьевич, давай так! Немного понаблюдаем, а если он все-таки пойдет против течения, то придумаем, как избавиться от него. Повесим ту же наркоту на этого мальчишку, и пойдет по статье, – усмехнулся раскрасневшийся Комаров.

– Хорошо. Так, на вот, держи свою долю, – Рыков вытащил из кармана конверт и, отсчитав часть денег, протянул купюры Комарову. – Если месяц проработаем без проколов, зарплату повысят. Понятно?

– Да, товарищ подполковник, за такую зарплату можно и без проколов, – Комаров положил в карман деньги, представляя поездку к Ниночке, которая умела доставить ему удовольствие лучше супруги, с которой он прожил почти двадцать лет и вырастил сына.