Пригоршня вечности

– Дэрьи! – королева-мать умеет говорить проникновенно. – Разве Ильимани не является твоей прямой прародительницей? Ее портрет до сих пор висит в Северной галерее. Достаточно сходить туда и посмотреть на нее, чтобы уверовать раз и навсегда. Сделай это. Про сто возьми «Легенды» и прогуляйся туда один, без женщин. Постой немного напротив, и ты все поймешь.

Мать и сын привыкли смотреть друг другу в глаза, понимая собеседника с полуслова и полувзгляда.

– Что ты посоветуешь мне предпринять?

– Пока ничего, но… – Пальчик с ухоженным ноготком взметнулся вверх.

 – Я взяла на себя смелость дать Эрклиффу небольшое задание – найти для меня кое-что в Ятсоуне. И я знаю того, кто заинтересован еще больше, чем мы.

– Я знаю этого человека?

– Знаешь. И это не человек.

– Ты хочешь сказать, что…

Мать имеет право перебивать сына, даже если он великий король.

– Я уверена, что он сумеет оценить мои усилия.

– Разве Ириен не в Маргаре?

Улыбка королевы столь же ласкова, сколь и снисходительна. Если бы они играли партию «драконов», то король был бы вынужден признать свое поражение, а выигрывать у себя Хальдар мог позволить только матери.

– К твоему сведению, он участвовал в Яттской битве в составе Вольной армии.

– Я не знал.

– Я тоже. Пока он не явился ко мне в замок Лоло. Помнишь, я жила там с девочками? Не смотри на меня так, никто об этом не узнал. Твои соглядатаи тоже. Однажды ночью он просто возник в оконном проеме, мы поговорили, а потом эльф бесследно исчез. Как всегда. Но одно я знаю точно – скоро Ириен будет в Игергарде.

– Почему ты так уверена?

– Потому что три года назад мы говорили о Воплощении Белой Королевы, о ятсоунских жрицах Оррвелла и об оллавернских магах. Ты изумлен? Я тоже была поражена в самое сердце. Особенно когда легат Облачного Дома стал спрашивать меня о Ириене. Ты забыл? Неудивительно, Шафф так долго распространялся о достоинствах тассельрадской школы фехтования, что за нагромождениями его слов никто не заметил вопроса о твоем давнем наставнике.

Я лишь сложила все вместе: явную заинтересованность Тианды Яттмурской, тот разговор с Ириеном, неподдельную тревогу магистров, древние предания. И что же получается? А получается отчетливая взаимосвязь. Ты не находишь, сын мой? Мне она внушает наибольшее беспокойство.

– Мне тоже. Только я не могу понять, каким образом эльф оказался замешан в столь старую и смутную историю?

Если королева и знает ответ, то она молчит, и никакая сила не заставит ее разомкнуть уста.