Пригоршня вечности

Деревни поражали воображение ветландца заборами выше человеческого роста, некоторые были (страшно сказать!) кирпичные.

– Народ разбогател на военных поставках, – нехотя пояснил Альс столь высокую степень благосостояния игергардского народа. – На юге, ближе к Яттсу, Оньгъен разорил целые провинции. Там все не так благостно.

– Я понимаю… – протянул Кен.

Он помнил, что эльф участвовал в войне с оньгъе. И до колик завидовал. Еще бы! Настоящая война, настоящие подвиги, настоящие герои.

– Я читал историю оньгъенских Святых походов.

– Те еще были времена.

– А вы во всех принимали участие?

– Нет, – ухмыльнулся Ириен. – Только в последней. Мне хватило других войн.

Утром двадцать второго дня месяца алсир они перевалили через очередной холм, и с его вершины открылся величественный пейзаж долины Аларимы. Сама река пряталась где-то далеко в зеленой дымке густых лесов. Дорога петляла между рощ и полей, от одного селения к другому и в конце концов должна была привести к мосту– на границу провинций Олерой и Лейнсруд.

Рядом Алар, от которого до Канегора, в общем-то, рукой подать.

– Так это ж близко, – удивился ветландец.

– Только кажется. В лучшем случае будем там к полудню седьмого дня.

Кен прикинул, сколько поворотов делает старинный тракт, и согласился.

– А напрямик было бы быстрее.

– М-да. Но напрямик пусть наши враги топают, – отрезал Альс.

Спорить с ним Кен не решился. Его устраивала дорога и возможность поглядеть на здешние места вблизи.

Они продолжили путь, не задерживаясь в ближайшей деревне, где не нашлось трактира. Проехали мимо хутора, мимо мельницы, пока уже ближе к вечеру не оказались на окраине безымянного поселения, состоящего из десятка домов.

– Там что-то происходит, – сказал Кен, хвастаясь своим острым зрением.

– Точно. Вешают кого-то.

Присмотревшись повнимательнее, Кен разглядел, что толпа не просто стояла под новыми воротами на въезде в Деревню. Перекладину поспешно превращали в импровизированную виселицу.

Обычная практика в игергардских селениях.

– Вмешаемся? – оживился рыцарь Эртэ.

– С каких дел?

– Так вешают же… – опешил Кен.

– Пусть вешают. Их право, – равнодушно отозвался Альс.

– А вдруг это самосуд?

– Так оно и есть. Зачем же нам лезть не в свое дело?

Голос у эльфа был такой мерзкий, что Кенарда просто передернуло от отвращения.

– Скажите еще, что это справедливо?! – возмутился он.