В погоне за Зверем

Каждый день по шапке отгребает от председателя горкома, потом от председателя обкома. Наши ему тоже звонят. Хорошо хоть Пичугин мозг не колупает. А тут ещё Тося пропала. Мать девочки – одноклассница дочки Петровича. Настя совсем плоха, как Тося пропала. Говорят в больницу забрали в беспамятстве.

– Когда девочка пропала?

Шумский остановился, задумавшись на секунду, будто вспоминал все события, происходившие в городе, пока его не было.

– Четыре дня назад во дворе собственного дома, – как-то неуверенно сказал он.

– Настиного мужа? – переспросила я для уточнения.

Настин муж? Не отец Тоси, а, именно Настин муж. То есть отчим. Может случиться так, что это дело не придётся связывать со Зверем. Отчимы нередко были причастны к исчезновению детей от первого брака своих жен. Так уж вышло, что не все мужики принимают чужое потомство. У них порой и к своим детям отцовские чувства напрочь отсутствуют, что тут говорить про пасынков с падчерицами.

– Да. Мишка женился на Насте, когда та овдовела. Тосе около годика было. Но к девочке он относился, как к родной! – тут же подметил Шумский, уловив в моих глазах интерес к персоне отчима.

– Вот именно, как к родной, а не к родной, – высказала я свои сомнения капитану.

– За Мишку я ручаюсь! – выпалил Евгений, развернув меня к себе. – Он не мог! Ясно, не мог!

– Без истерик, Шумский, – спокойно прошипела я, медленно переведя взгляд с наливающихся злостью глаз капитана на своё плечо, в которое впились его пальцы.

Шумский глубоко вдохнул и, разжав ладонь, отступил от меня.

– Прости, – прошептал Евгений, давя в себе злость. – Это не он. Правда не он. Я с детства знаю Мишку. Он котят со щенками домой таскал, которых в речке топили. Птенцов выхаживал. Лесь, он за Настей со школьной скамьи бегал. Да он бы её любую взял. Да хоть с тремя детьми, лишь бы она с ним была. Но нельзя так всех подозревать.

– Это моя работа всех подозревать, – буркнула я защитнику и подалась чуть вперёд, чтобы заглянуть в его глаза.

– И меня будешь подозревать? – закипал Шумский, пульсируя черными зрачками.

– Буду.

– И себя? – уже чуть ли не скрежеща зубами, возмутился капитан.

– И себя, если понадобится! А теперь хватит в гляделки играть, где твой кабинет?

– А тама, у тебя за спиной, Алеся Яновна, – кивнул мой помощник, отступая в сторону.