Внучка Велеса. Боги, духи и герои славян

И будет Яга ему раны лечить.

О вечные сны, заповедного леса,

Как листья все будут над нами кружить.

И рядом ворчит растревоженный Леший,

А ветер- проказник, затих и заснул.

В тревожной тиши заповедного леса

Вдруг огненный змей чешуею блеснул.

И волк выбегает, умаялся Серый,

С царевичем снова случилась беда,

В лесу заповедном Кикимора пела,

О том, кто уже не придет никогда.

И снова Баюн выбирался из мрака,

Куда его дерзко загнал дивный черт.

А это что там? Да затеяли драку,

Омутник и Банник, и солнце печет,

Как будто бы лето обратно вернулось.

Но листья летят в заповедном лесу.

И нам Берегиня в тиши улыбнулась.

И снова русалки покой принесут.

Там Велес на камень у дуба садится,

И вечность пред этой лесной тишиной,

И новая сказка в тумане родится.

Там радуги прелесть, и дивный покой.

Смотрю в глубину твоих глаз и не верю,

Что так все прекрасно в осеннем лесу.

И дивные духи и дикие звери

В беде нам помогут, от скуки спасут.

На свитках записаны эти преданья.

И Мокашь не даст нам солгать о былом.

В лесу заповедном пора увяданья,

И ветер проснулся, и тихо кругом.

Последней страсти свет незримый Октябрь

Когда увядала бессильно природа,

отдавшись Кощею с немой укоризной,

Была так тиха, и спокойна в угоду

Какому- то ангелу, осень. И жизни

Последней штрихи пробивались и гасли,

Как солнца лучи, перед долгим туманом,

И только художники ждали напрасно

Слепящего света.

Усталые люди, забыв о страданье.

Какое страданье, в минуты покоя?

Унылая осень и миг увяданья.

И вдруг мне приснится творенье такое,

Такая стихия страстей и полетов,

Которой и летом еще не бывало,

Танцует русалка, и Лада смеется,

В плену, обнажаясь, и прочь покрывало.

И замер Кощей, вспоминая о прошлом,

А девы, его в этот миг искушая,

Кружились и пели, и стыд их отброшен.

И так хохотали, и листья бросали.

И в вихре кружились какие-то черти,

Готовые страсти отдаться мгновенно.

Такое бывает в преддверии смерти.

И бесится Леший, и так вдохновенно

Сорвется и канет все в пропасть тумана

Пред дивным покоем зимы и услады,

Но кажется это последним обманом,

Последним порывом в плену листопада.

Мир жесток, но прекрасен

Мир жесток и прекрасен, и если пришлось нам родиться

Среди звезд и лесов заповедных в той дивной Руси,

Мы не можем уйти, не простившись, скрывая обиды.