Василиса всегда права. Волшебные хроники

Слушай его, как меня самого, исполняй все, что он скажет. Ты только не забывай, что за тобой должок. Да не вздумай увильнуть, из-под земли достану, а из-под воды и подавно, сам знаешь, не люблю я хитрецов.

№№№№№№№

Тогда и понял царь Горох, когда с водяным прощался, что не так страшно наказание, как неизвестность и ожидание его. Вот что извести и уморить может любого доброго молодца.

Но зашумело, закрутилось, завертелось все вокруг, царь повалился с ног, закрутился, глаза сами собой закрылись.

Очутился на берегу царь Горох, туда его русалки под белые ручки и вывели и оставили там.

Полежал он, очнулся и увидел, как воины его идут сюда и удивленно так на него смотрят. Видно они похоронили уже его, только не знали, как такую весть домой нести.

А он тут как тут цел да невредим оказался, только пришибленный какой-то, но потрогали – живой, теплый, не упыря им подсунули духи водные, и то ладно, а там все утрясется и обойдется. Очухается помаленьку и прежним царем станет. Шутка ли сказать, на дне речном царь побывал, и молчит упорно о том, что он там увидеть успел.

Он же еще долго на озеро то оглядывался, да все никак понять не мог, радоваться ему или печалиться, что из плена водного освободился.

С одной стороны вроде жив, да невредим, а с другой – гадай теперь да майся, что Водяной у него затребовать может.

– Должок за тобой, – многоголосым эхом слова в ушах его отдавались.

Знал царь наш, что долг платежом красен, только пока не ведал, чем платить – то надо.

Глава 3 О том, как появился Царский Указ об особом отношении к Банникам. Кто-то теряет, а Банник находит

Всем известно, что дорога домой всегда короче бывает, чем дорога из дому.

И забыл немного царь Горох о подводных неприятностях, как только домой воротился.

Стены родные его согрели и взору приятны оказались больше, чем он ожидать мог. Только новости – то оказались убийственными.

А доложили ему, что все спокойно в царстве его, словно он никуда не уезжал, и без него жизнь не хуже была, чем с ним самим. Вороги никакие не сунулись, захватить пока не пытались его царство. То ли не знали, что он далеко уехал, то ли другие у них дела были, кто-то помер, кто-то женился, а кто-то и народился.