Скифский камень. Мифы и сказания

Бес не ошибся, все шло своим чередом, и довольно успешно. Ника залюбовалась снова вспыхнувшим огнем, но это был большой и мощный костер, который силой воли, вероятно, раздувала Пифия, а не только легкий ветерок, паривший над их головами.

Царевич удивился не меньше девушек, даже вечером, такие костры он видел не часто. И все-таки огонь в степи между землей и небом, связывающий все миры в золотистый узел, согревающий или сжигающий все на своем пути – это нечто завораживающее и очень красивое зрелище.

Тут снова заговорила Пифия, отключившись от своих дум.

– Я снова буду предсказательницей, но расскажу не о грядущем, а о прошлом, говорят, что там уже все случилось, только часто нам неведомом, как и что там могло быть, мы знаем только какие-то происшествия, не имея понятия о том, что и как могло происходить.

Глава 10 История Анхарисиса

Горел костер, беседа текла как ручеек, они не заметили, как стало темнеть. Незнакомый мир стал еще таинственнее и загадочнее.

– Это бывало уже когда-то, – тихо, но отчетливо говорила прорицательница, – я все вам расскажу, а может и покажу кое-что, конечно, если вам это не испугает. Но девицы вы отважные, надеюсь, не испугает.

В том мире, в нашем прошлом был легендарный царевич, и звали его по-скифски Анахарсисом.

Она замолчала на один миг, и всем показалось, что в пламени костра распахнулась какая-то огненная дверь и пророчица пригласила их туда войти.

Они встали и вошли, ничего не боясь, ни о чем больше не думая. Сначала немного боялись обжечься, огонь дышал рядом и метался прямо перед ними. Но не коснулось их пламя.

Они оказались во дворце скифского царя, они шагнули из пламени во дворец.

Ника сожалела, что она не видела его снаружи, а оказалась сразу около зала царя, и заметила, как перед царем предстал другой царевич.

– Не бойся, они нас не могут видеть, мы невидимы для них, потому что нас там нет.

Тогда Ника перестала бояться, почувствовала себя спокойнее. Так смотреть было еще интереснее.

А царь шагнул к царевичу, обнял его, на смуглом лице появилось какое-то торжество. Он словно бы праздновал победу после долгого и изнурительного сражения.