Олимпийские страсти. Тайны лабиринта

Все страсти богов и проказы,

все козни Эриды твоей,

И снова мелькает Фетида —

богиня забытых морей,

Она появляется где-то,

забыв и про сон, и про миг,

Хохочет над пропастью Гера,

и странно печален тот мир

И в облаке снов и сказаний

является снова шутя,

Богиня страстей и терзаний,

родит вам такое дитя

6.

Что дрогнет и Зевс, замирая,

и помня про Кроноса он,

И страсть и любовь отвергает.

Зачем нам такая любовь.

И слишком спокоен для вида,

для Геры, он снова в плену.

И молча уходит Фетида,

отдавшись тревожному сну.

.Она отыскала Ахилла,

она от страданий ушла.

И только во мраке светила,

не зная ни мести, ни зла.

А зло перед ней пасовало,

Геката подарит ей тьму,

И только она для начала

Покорна рабу своему..

7.

В тревоге, в печали, во власти,

Не ведая страсти, горит.

Откуда такие напасти.

И кто там ее защитит.

И носится темной кометой

Гермес у нее за спиной,

И песенка Зевса не спета,

И снова война за войной.

О, выбери жизнь, мой сыночек!

Молчит обреченно Ахилл,

Она ж подчиниться не хочет,

И рухнет в отчаянье мир.

И снова нахлынет обида,

И снова настигнет Любовь,

Но смотрит на море Фетида

Сквозь нежность и ужас, и боль.

Часть 3 Троянские страсти вечны Лабиринт Трои

Пролог Прометей и Геркал

– Ну, что, опять влюбился властелин?

А кто она? – Да говорят Фетида.

Устал от Геры, и не смог один

Остаться в мире, от его каприза

Как пить, начнется новая война.

– С чего бы это? – Посейдон лютует,

Соперники, ему мила она.

– Найти не может деву он иную?

– Война, ты говоришь, ну что ж, герой,

Твои слова и Прометею в уши,

Тут тайна есть жестокая постой,

Ее хранил я долго, но послушай,

Фетидин сын, он превзойдет отца,

И свергнет так же, как когда-то Кронос,

Но пусть испьет он чашу до конца,

Не тяжела ли Зевсу там корона?

А если любит, что ему она?

Без дикой страсти, дня прожить не может.

Иди скорее, если страсть сильна,

То нам и эта тайна не поможет.

Летел Геракл, как призрачный орел,

И видел мир, летящий в Тартар снова,

А Прометей смеялся: – Я нашел

Единственное для героя Слово.

– Но все равно войны не миновать, —

Ему ответит яростная птица.

И печень перестав в тот миг клевать,

Там, в поднебесье тоже растворится.