Кот Лукоморья. Славянская сага «Князья и богатыри»

А ты теперь с его женой?

– Мой кот, но что ты сделал с ними, —

Илья за все винил кота,

Боярыня его молчала,

Не жизнь – сплошная маята,

Ворона беды обещала.

8.

Алешка птицу пристрелил,

И бросил яростно в костер,

Но если ты про честь забыл,

Стрела от горя не спасет.

Был черный вестник нем и зол.

Его глаза темны, как ночь.

Он в терем девы той пришел.

Твердит: – Добрыне не помочь.

У Ния на суде герой

Спокойно дубу жизнь отдал.

– И он забрал его с собой?

– Да нет, он к Перуну послал.

И зря вопил устало кот:

– Забава, ты не слушай, врет.

Старуха лишь махнет рукой:

– Что это было? Вот герой.

9.

С друзьями только воевать,

Да жен у них лишь воровать.

Ты воспитал его таким.

А кот рассерженный молчит.

И сколько там у них хлопот,

Добрыня ведь придет вот-вот,

И что тогда? И вот тогда,

Нагрянет новая беда.

Влюбленный к свадьбе все ведет.

Забыл про сон и волк и кот.

Одна сплошная маята.

Замучили совсем кота.

– Умчи его. – Куда же мчать?

– Да к Нию. Черти там вопят.

– И там герой не нужен твой.

– Вот и беда, какой герой.

Но к свадьбе новой все идет.

И сколько им забот, хлопот.

10.

И вот когда о свадьбе звон

Уже звучит со всех сторон,

Илья один не мог понять-

Добрыню на кого менять?

И ладно был бы тут Дунай.

Но что же думает княжна?

Но кто их и когда поймет?

Да с ними мир с ума сойдет.

И свадьба шумная слышна,

Там Велес пил бокал до дна,

И помнил тот далекий год,

Когда Перун жену вернет,

И сбросит в лес его опять,

О, как же горько вспоминать.

Все было, повторится вновь,

Грустна Алешина любовь.

11

– Но на пороге кто стоит?

Добрыня жив, а не убит,

Бледнеет, падает она,

Теперь Забаве не до сна.

– Я не могу ее просить, —

Добрыня Велесу твердит.

Лишь улыбнется гневно бог.

Перун его простить не смог.

В грядущем прошлое – всегда

Проступит, радость и беда.

– Так было, и так будет вновь.

Любовь коварна и страшна,

И богатырь уходит в ночь.

И плачет в тереме жена.

Алеша мед, забывшись, пьет,

А с Лешим говорил там кот

12.

Да что теперь, нависла ночь,

И мир славянский онемел,

Не может даже царь помочь,

И помогать он не хотел.

Пусть разбираются ладом,

Когда жену приводят в дом,

А царь и сам-то не женат,

И в том никто не виноват.

Нависла новая гроза,

Вернулся грозный воин в дом.