Истребление кумиров. Князья и воины

Известие о том, что случилось в тот день дошло до князя Владимира, он узнал об отрекшихся, и о кумирах их, спрятанных на болотах.

Но охота туда наведаться прошла, как только потонула сотня воинов и воевод, направившихся по его приказу туда, они проваливались в бездну, едва ступив в те болота, на глазах у тех, кто двигался следом за ними. А кумиры на той стороне взирали на них безучастно, и, кажется, даже веселились от души. Но как разглядеть было то, что там творилось на самом деле.

Дальние замерли в замешательстве, даже по приказу воевод они туда не отправились, желая помереть на твердой земле от руки князя, а не сгинуть в черном болоте.

Во всем винили волхвов, которые заколдовали навсегда эти места, чтобы спасти то, что им было дорого. Говорили, что кто-то из тонувших добрался до идола, успел за него схватиться, но был отторгнут безжалостно и тоже потонул, только пожил чуть подольше.

Лица были искажены диким страхом, они не кричали, а молча все принимали, словно так и должно было быть.

Люди крещенные уходили от болот, понимая, убедившись, что новый их бог ни в чем не станет им помогать – напрасный труд просить его о чем-то.

Боги же старые охраняли только тех, кто их не предал и не оставил.

А для остальных старый мир был только оплотом отреченья, гибели и ярости.

№№№№№№№№

Ни одна из побед в битвах не приносила Владимиру такой радости, как эта. Он знал, что и этот день, и это событие будет связанно с ним всегда. Забудут все победы и поражение, но то, как он крестил свою Русь, они не забудут никогда, они не могут забыть.

Но он надеялся, что они не узнают о бунтарях, об укрытых от глаз кумирах, о Перуне, оставшимся в центре Днепра, такое лучше вовсе не помнить, спокойнее будет жить на свете.

Солнце до самого вечера сияло на небесах, князь на высокой горе на белом коне озирал мир, он сам казался таким же солнцем, который принес благость на Русь.

Он сам потребовал, чтобы все это записал летописец, не жалея ни чернил, ни пергамента для такого события.

Но так как читать князь не умел, то только попялился на свиток и решил, что не осмелился монах ему солгать, так там все и будет.

ГЛАВА 19 ДРУГАЯ СТОРОНА МЕДАЛИ

Так все и было, – спокойно говорил Мессир, – заглянув в сгоревшую славянскую летопись того года. Он всегда любил сгоревшие и ими воскрешенные книги.