Чурила и Соловей Разбойник. Волшебные хроники

И с ветрами готовы герои поспорить,

И уносятся прочь от сомнений и дум.

Только ветер порывистый в яростном поле

Соловей то ворчлив, то излишне угрюм.

И несет их куда-то иная стихия,

И печальные мысли стирая со лба,

За высокие горы они уходили,

Понимая, что это теперь их судьба.

В башне плачет и ждет их теперь Василиса,

И не верит, что будет свободна она.

Так лишившись покоя, страдает девица,

Навсегда влюблена и оставшись одна.

Не могла она больше понять и смириться,

Никого не осталось, все стало чужим,

Подожди, Василиса, подожди, Василиса

Мы вернемся к тебе и мы зло победим.

Глава 24 Пленница Бога ветров

А тем временем, словно пушинку или листик, сорванный с дерева, Стрибог перенес Василису в свой горный замок, продуваемый всеми ветрами, и заявил, что пока она остается здесь, чтобы дождаться тех, кто соберется ее освобождать. Бежать бесполезно, заблудится и сгинет, и тогда даже он ее не сможет отыскать.

Василиса поверила суровому богу, похоже он не шутил и шутить не собирался.

– Давно пора из твоих орлов героев делать, – заявил грозный бог, и это заставило царевну затрепетать не от холода, хотя там было очень холодно, а от страха, накатившего со всех сторон.

Легко ему говорить – героев делать. Даже если Дунай и захочет, он не сможет сюда добраться, – обреченно подумала она, Чурила может и добрался бы, так он ведь и не захочет, а это значит.

Но что это значит, о том она думать даже не хотела и не собиралась.

Как только она немного отогрелась и пожаловали к ней в гости семь ветров, она вдруг разозлилась страшно и стала требовать, чтобы ее отправили домой.

– Зачем ты меня сюда бросил, – топнула она ножкой.

Когда рядом были другие, проще капризничать, на миру и смерть красна.

Стрибог был поражен такой наглостью девицы.

– Захотел и бросил, тебя спросить забыл, будешь вопить и мне отдыхать мешать, еще дальше заброшу.

Кто-то из молодых богов постарался увести Василису подальше, старался ей что-то объяснить, но она никого не слушала уж если вошла в ярость, то все пропало.

– Ты погубишь и себя и всех, кто тебя спасать броситься, – заговорил южный теплый ветер, добрый и ласковый.