Хока

Но Максу уже не надо было ставить условие, после такой захватывающей игры, он совсем потерял голову. Он настолько поверил в успех, что решил, во что бы то ни стало обязательно раздобыть денег.

Наутро за завтраком он издалека начал подходить к животрепещущей теме.

– Денег я тебе не дам, – резко прервала его словесные нагромождения мама.

Макс, молча, потупился в чашку.

Домой он плелся еле-еле, почти не надеясь, что черт будет помогать ему и дальше. Да и смысл помогать, денег все равно не заработаешь? Может у него, черта, есть хоть маленькая заначка, может он вложит деньги, а потом, когда они заработают, Макс с ним рассчитается?

Дома никого не оказалось.

Он включил компьютер, посидел немного перед ним, но играть уже без денег не хотелось. Он встал из-за стола и поплелся в кровать, он заснул тяжело, и все время вскрикивал во сне.

В комнате было темно. Сквозь приоткрытые глаза Макс увидел светящийся экран и уже знакомую сгорбленную фигуру перед ним.

Уши черта были развернуты в его сторону, но он молчал, видимо ждал, когда первым заговорит Макс.

– Я просил, – сказал он извиняющимся тоном, но она не дала.

Черт молчал.

– Где мне их взять, не людей же грабить?

Кресло развернулось, и Макс увидел злые красные глаза, они приближались к нему, светясь в темноте. Ему показалось, что лязгнули клыки.

– Будут деньги, я приду. – сказало чудовище, чеканя каждое слово, и растворилось в темноте без остатка.

– Я так и знал! – в отчаянье завопил Макс, обхватив свою голову руками.

Он сидел в постели и раскачивался вперед-назад.

Потом он поднялся и пошел к матери. Он просил ее, уговаривал, обещал несметные сокровища, даже лгал и плакал, но она была непреклонна. Он ушел к себе совершенно опустошенный и обессиленный.

Через время Макс нашел в себе силы выйти на биржу, он смотрел на график, но не открыл ни одной сделки. Он смотрел на сумму, которую помог ему сделать черт за два дня и понимал, что на такой уровень он не выйдет никогда.

Обида и злость закипали в нем. Руки сжимались в кулаки, а глаза наполнились влагой. Он чувствовал, что уже никогда не сможет играть, а значит – прощай мечта о богатой жизни!

«А мама-то пошла на уколы»,– услышал Макс, возможно собственные мысли. Он знал, где она хранит свои гробовые.

В квартире матери действительно не оказалось. Он открыл дверь своим ключом и кинулся к шифоньеру. Трясущимися руками он распахнул дверцы и начал рыться на шляпной полке.