Точка бытия. Рассказы, повести, притчи, стихи

Потом говорю: откуда, мол, ты знаешь, какая у моей жены фигура? это она в юбке толстая!

– Ну? и он что?

– А говорит, видел я ее без юбки. Все равно толстая.

Надя побледнела.

– Где это он меня видел без юбки? когда?

– Вот и я спросил. На пляже, говорит, на речке нашей Вонючке.

– Ах вон где! А сам-то! Пузо с два арбуза! Гад какой, еще позорит при всех. И ты не дал ему в глаз?

– Дал.

– Что, просто за это? – Надя аж села.

– Нет, не за это. Я решил всю правду выпотрошить, повел его после работы в пивную.

– Ну? А он? – Надя оживилась и села поближе к мужу.

– Да он мне так ответил, что и пришлось дать в глаз.

– Дурак! не ревнуй! я с ним на одном поле… не сяду.

– Вот он мне так и о тебе сказал.

– Какой подлец…

– Да, он больше мне не друг.

Надя помолчала.

– А почему ты сразу не сказал, что все из-за меня вышло? и что он тоже тебе тогда съездил? «Ой, я упал, я упал», – передразнила она Васю.

– Да я не за это дал в глаз.

– А за что???

– Думаю, надо как-то сгладить. Чуял, что занимать у него придется. Решил перевести на политику. Ну и спрашиваю: а ты, Леша, за кого нынче голосовал? Я, мол, вот за этого.

– И???

– А он тут, ничего не говоря, и дал мне в морду. А потом уже я его отоварил. Не надо было его поить.

Василий вздохнул, вспомнив, как дома ему теща добавила, принесла ж ее нелегкая в тот день.

Повисло молчание. Надя встала с дивана и снова пошла на кухню.

– Дураки мы с тобой, Вася. Ну на хрена было лезть в политику??? Теперь и занять не у кого, и в Крым не возьмет, на фазенду.

– В какой еще Крым?

– Так он же Леша Крымский!

– Это кличка такая.

– Я и знаю! А что он, не крымский?

– Вроде тульский. А фамилия у него Гонобошин. Вино любит крымское.

– Елки-палки… а я-то думала… купальник покупала… только пятен наставила в речке, на новом-то.

Вася вскипел.

– Ты что, ради Гонобошина купальник новый покупала???

– Не для Гонобошина! для Крымского!

Теперь у Нади был фингал. Как на работу завтра идти? Только в черных очках.

Девочка с куклами

Тимофеевна возвращалась из Питера, где проведала перед началом учебного года внуков, Мишку и Сережку. Драчуны, непоседы! А бабушку как любят! Сын проводил, посадил на поезд, донес до ее места в середине плацкартного вагона сумку с гостинцами.