За холмом, что скрывает рассвет

Этот вопрос сильно позабавил старика.

– А кого вы бы хотели найти?

– Я видела, как сюда заходили люди, а теперь оказалось, что никого нет.

– Разве это стоит внимания? – прошелестел старик. – Удивительно, какие нелепые вещи могут интересовать человека.

Алиса не нашла, что ответить. Она осмотрелась и увидела множество безделушек, от которых веяло глубокой стариной.

– Сколько этим вещам лет?

Старик вновь рассмеялся:

– Вы и представить не можете, – сказал он. – Есть вещи, которые не ведут счет времени.

– Я, – очнулась Алиса, – ничего не ищу, зашла просто от любопытства.

– Любопытство ведет нас опасными дорожками, – продолжил изливаться старик. – Может быть, есть еще что-то?

– Я бы хотела что-нибудь купить для дома.

– Врать можно и убедительней, – усмехнулся старик. – Тем более, что эти вещи не продаются.

– Я думала, вы их продаете.

– Отнюдь, – старик развел руками.

– Я, пожалуй, пойду, – сказала Алиса и отвернулась от сбрендившего старика.

– Возможно, вы ищете нечто иное, – вымолвил вдруг старик, – и я хочу вам помочь.

– Не понимаю, о чем вы.

Старик резко переменился в лице, и его борода качнулась в сторону.

– Бедный ребенок! Я смотрю на твои руки и ужасаюсь! Знаешь ли ты, что во всем мире есть только одно место, где так измываются над людьми, где человеческое страдание – это валюта, по-другому не скажешь. Сколько шрамов носит на себе твое сердце!

Ее горло сковал вдруг скользкий противный комок, не дающий вздохнуть.

– Пойдем, дитя! – воскликнул старик. – Здесь слишком душно.

Он взял ее за запястье, а другой рукой – приобнял за плечи. Ладони его были шершавыми и теплыми. Они прошли в другое помещение, служившее, вероятно, старику местом обитания. При свете дня старик прибавил в возрасте, стал выглядеть иссушенным, кожа приобрела мертвенный оттенок. Морщины стали похожи на глубокие рытвины, лицо трескалось как пережженная глиняная маска.

– Лучше?

– Да, уже лучше, – ответила Алиса. – Кто вы? Только прошу, давайте обойдемся без загадок. В моей жизни и без того происходит многое, чего я не понимаю.

Старик некоторое время молчал, застыв в одном положении, направив взгляд в сторону. Часы в углу комнаты мерно отсчитывали убегающие секунды. Рядом с окном в вазе стояли три лилии.