Жена моя…

 – Родительница моя чудом осталась жива, когда после войны в Западной Украине орудовал Бандера, а дед с бабкой там и полегли. Ненавидели там русских.

– Причем тут Степан Тачук? Мало ли среди нас хохлов, которые всю жизнь, поколениями здесь живут? Степан, кстати, родился в Купавино, – выговаривал коллеге Кутузов.

После заседания Больцов предложил Любови поехать к нему поужинать. Воронин краем уха слышал его предложение и тоже напросился, предлагая отвезти на машине, по дороге докупив продуктов.

Было ясно, что он не хочет оставаться наедине с собой и надеется, что они вместе додумаются, что, собственно, происходит.

Глава 5

Больцов всегда неплохо готовил, даже лучше покойной супруги, а тут его видимо приезд давнего друга, родственной души, подвиг на кулинарные изыски. Семен Иванович ухитрился так запечь в духовке телятину со специями, что прибывшая компания высказала восторги по этому поводу. Не лишними к мясу были зелень, овощи и красное столовое вино, купленные по дороге.

Поглощали все молча, но, когда приступили к десерту, Воронин прислонился к спинке кресла и закрыл глаза. Любовь первая заметила, что высокопоставленный гость заснул. Они накрыли его пледом и пошли в другую комнату, чтобы не тревожить.

– Что вы обо всем этом думаете, Семен Иванович?

– Странно, что ему никто не звонит по поводу выкупа или с другими требованиями взамен на возвращение внука.

– Все-таки связываете это все с предстоящими выборами на должность.

– Думаю, что у него есть серьезные враги, и ему самому угрожает опасность.

– А что думаете насчет Степана?

– Мужа его дочери?

– Ну да. Вдруг это его друзья сделали? Кто он такой? Чем занимается?

– И его знакомства стоит проверить.

– И еще…

– Что?

– Что увидела дочь? Про какой призрак шел разговор?

– Ах, это… Вам бы лучше с местными женщинами пообщаться, во всех красках рассказали бы.

– Я тут еще не имею возможности ни повидаться с прежними знакомыми, ни завести новые.

– Действительно.

Тут застонал и поудобнее устроился в кресле Воронин, чудом не стянув со стола скатерть с остатками трапезы и приборами. Больцов сразу подскочил и стал уносить тарелки на кухню. Любовь тоже поспешила помочь хозяину. Она потянулась к красивому фартуку, висящему на крючке за дверью. Но Больцов мягко, но твердо ее остановил: «Дашин фартук! Пусть висит». Любови стало как-то не по себе.