Хроники Нового Вавилона

Прежде всего, как вы представляете себе государственную измену в мире, где существует лишь одно государство?

– Скажем так, я изменил нынешнему в пользу будущего.

– Хотите сказать, что под видом религиозного сообщества вы организовали революционную группу?

– Неужели эти глупцы, предавшие меня, так этого и не поняли? Неужели, ни один? Ну, кроме Джейсона, конечно. Кстати, что они говорили на допросах и заседаниях?..

– Сейчас речь не о ваших бывших товарищах. Отвечайте!

– Я говорил им, что знаю истину – и я действительно ее знал.

– Чем же вам не угодил нынешний мир? У вас есть уникальная возможность сказать об этом прямо в лицо его хозяину.

Корф лишь ухмыльнулся:

– У Вавилона нет хозяина.

– Вы хотели стать таковым?

– Почему нет? Но не стал я – станут другие. Я лишь подготовил их приход. О, если бы вы знали, какие хозяева грядут…

– А вы знаете?

– Предполагаю.

– И откуда же у вас сведения для подобных политических прогнозов?

Корф повел плечами.

– Так. Личные измышления.

– Что вам известно о валиках или валике с записью голоса Эдварда МакКлелана?

– Красивая легенда!

– Не эту ли запись должен был достать для вас из архивов Отто Зелковиц?

– Ну что вы! Я искал «Песни звездной лагуны». Это, знаете ли, любимая пластинка моей покойной бабушки.

Тут даже среди небольшой аудитории поднялся гул и судье вновь пришлось воззвать к порядку. Претор продолжил:

– Вальтер Корф! Расскажите суду, как и с какой целью вы создали секту, которую назвали Ложа Сераписа.

– Нужна была красивая идея. Религиозный флер всегда интереснее, чем просто политическая программа.

– Почему же именно Серапис?

– Этот бог был искусственно создан для того чтобы объединить народ древней Александрии. Мне показалось резонным использовать его для сплочения народа Нового Вавилона.

– Как же вы пришли к идее «изменить нынешнему в пользу будущего»?

– О, к этой идее я шел довольно долго.

– Суд готов вас внимательно выслушать.

16. Рассказ Вальтера Корфа

(стенографическая запись, расшифрованная и приобщенная к делу)

…Я родился не в самом Вавилоне. На Промышленном отроге, по ту сторону Транссибирского тоннеля, у моего отца был завод. Вавилонское общество он не любил… Так что до шестнадцати лет я жил в таком странном мире, что вам и не представить.

Там, на отроге жизнь совсем другая.