Хроники Нового Вавилона

Туда попадают люди из самых разных слоев общества (кроме Нижнего города, разумеется) и нам пока неизвестен ни один случай попытки покинуть ложу. Мы не знаем, какие наказания могут ждать того, кто осмелится это сделать, поскольку – повторюсь – никто никогда не пытался. Их держит вместе, будто магнитный стержень, какая-то мощная и ясная идея.

– Какая? – быстро спросил МакКлелан.

– К сожалению, мы не представляем.

– За несколько лет не смогли выяснить? Ни вы, ни полиция?

Лефрой лишь развел руками.

– Мы пытались внедрить агентов в Ложу, но дальше низшей ступени – пажей – они не смогли продвинуться.

– Но схватить кого-то из них, допросить!

– За что? До сих пор они не делали ничего противозаконного. Только набирали себе все больше людей – но ведь разные общества у нас не в новинку. Не арестовывать же мне их было за то, что они не принимают в свои ряды женщин! Слава Богу, времена суфражисток и любительниц приковывать себя к правительственным зданиям остались в далеком прошлом…

– Если бы вы арестовали хоть одного такого мерзавца заранее…

– Помилуйте, господин претор! А кого бы еще вы порекомендовали арестовать вот так, «заранее»? – выпалил Лефрой.

МакКлелан лишь на секунду опустил взгляд, будто бы молча соглашаясь. Лефрой продолжал:

– Я понимаю ваши чувства. Ваш сын оказался в руках этих чудовищ…

Претор так и подскочил со своего кресла.

– Мой сын уже арестован?

– Нет, – чуть опешив, вымолвил Лефрой.

– Так чего же вы ждете?! Неужто, моего на то разрешения? Он ведь ближайшая к Корфу персона.

– Осмелюсь заметить, претор, что его неожиданный арест может спровоцировать ненужные волнения.

– А я согласен с претором, – вставил Грево. – Может и не стоит арестовывать Джейсона МакКлелана в открытую, но допросить, установить слежку…

– Низко же вы нас цените, – фыркнул Лефрой. – Уж слежку-то мы давно установили.

– И где же он теперь?

Начальник полиции вдруг замялся, переводя взор с одного своего собеседника на другого.

– Лефрой, где мой сын? – настойчиво спросил претор.

С увлеченностью мономана Джейсон следил, как опиумный дым вьется тугими струйками в воздухе. Он пытался даже дотронуться до дыма пальцами, поиграть с ним, но тот сразу же исчезал.

Чуть колыхался полупрозрачный занавес, отделявший его ложе от остальных. Чьи-то смутные силуэты скользили там, в полутьме, не задерживаясь в поле его зрения.