Русская Лолита! Пожар надвигается

Голову занимали мысли о словах первого воеводы – неужто погонят в булгарское посольство?

–Где сын? Где он? – оглядывая своё жилище, спросил Семён.

–Сын твой неслух! Бегает, шалит, спасу нет!… Так вот… Есть будешь, или уже с князьями пировал? – Агафья затравленно смотрела, пугаясь его отчуждённости, забытой ею за время разлуки. Думалось, раньше было всё складно и вот, что-то случилось, плохое и страшное.

–Видишь, только с дороги. Князья совещаются. Давай, ставь на стол, что есть. И вели холопке варить к вечеру посытней чего – Сысой в городе, у нас ночевать будет.

Агафья отошла в угол комнаты.

–Изменился ты сильно, Семён.

Семён сел на лавку, вздохнул устало – дома. Слава богу.

–Ничего, Гаша. Привыкнешь. Это же я.

И поманил её. Агафья бросилась, прижалась губами к его рту, жадно стала целовать. Руки Семёна сжали тело жены, и он в раз почувствовал, как устал от дороги, и как прекрасно быть снова дома!

«»»»»

Гул боя был слышен в орду Шибана.

Аян с Шибаном сидели на конях, смотрели вдаль.

Ещё один гонец, рвя повод, завернул лошадь, соскочил с седла, упал на колени перед Шибаном.

–Мой хан, нойон Тукей просит послать на валы монгольских воинов – кыпчаки ослабели. Этот штурм тоже отобьют, если не ударить свежими силами.

Шибан ничего не сказал, глядя вперёд, тронул коня. За ним послушно двинулись Аян, нукеры охраны, тысячники Бутуай и Черок.

Аян задрал голову – высоко в знойном небе парил орёл. Ему всё видно оттуда. Много крови впитает в себя эта земля, и будет долго пахнуть мертвечиной. Орёл улетит в другую страну – ему нужна живая добыча, мертвечину клюют вороны.

Свита взяла в бок, чтобы не глотать пыль войска. Ехали быстро, но не утомляли коней. Примчался ещё один гонец от Тукея. Шибан, взмахом руки, отослал его прочь, не выслушав.

Кыпчаки и в этот раз не смогут пробиться на валы, а это значит, что придётся повторять штурм в другом месте, или здесь, после того, как отдохнут воины.

Монголов Шибан берёг, словно своих детей. Да и не могли они решить победы – пять тысяч, пусть отборных воинов, слишком мало, чтобы сбить впившихся клещами в укрепления многочисленных булгар – им было, что терять!

Гул штурма нарастал. Монгольские тысячи с рыси перешли на шаг и, наконец, встали.