Здравствуйте, я ваша ведьма!

Это что, он мне помощь предлагает? Вцепившись в протянутую длань, я ощутила, что меня как пушинку поднимают наверх, и даже ноги мои оторвались от земли, настолько рывок оказался мощным. Ох, и силен красавчик! Вблизи он оказался еще прекраснее. Высокий! Я, тоже не маленькая, была ему примерно до подбородка макушкой, и даже пришлось голову задрать, чтобы разглядеть другие достоинства помимо роста. Два ярко-зеленых глаза, кои можно было смело причислить к вышеупомянутым достоинствам, опушенные длинными черными ресницами, уставились в меня с недовольным видом, брови чуть сползли к переносице, губы все также были сжаты в линию, а весь вид мужчины словно говорил – тьфу, а не ведьма мне тут попалась.

– Извините! – пробормотала смущенно, ощущая, как жар от тела незнакомца охватывает всю маленькую меня и даже как будто жжется.

Отстранилась, но тут же услышала позади крики «держи ее!» и юркнула красавчику за спину, решив не выглядывать оттуда, пока он и дальше меня не спасет.

– В чем дело, господа? – холодный высокомерный голос заставил бандитов-правдолюбцев резко остановиться и начать оправдываться.

Вот это мощь! Мамуля бы моя оценила такое влияние на людей.

– Это наша баба! – заявил один из давешних красавчиков.

Как-то мое заклинание не так на них подействовало, что ли? Или они решили, что раз высказали друг другу претензии, то дальше можно жить счастливо? И что значит – их баба? Я что, лошадь, что ли? Сейчас вот как обижусь!

– Неужели? – в голосе красавчика появились ироничные нотки.

– А то! – послышался самодовольный ответ.

Ну я ему сейчас покажу! Незаметно пульнула в бандюгу искоркой от своей обычной магии. Я и без ведьминого дара могу кое-что колдонуть!

– Ой! – раздался вопль боли. – Ну ты, мартышка, сейчас получишь у меня!

А что я-то? Я вообще тут стою и не отсвечиваю!

Красавчик вздохнул.

– Господа! – с нажимом произнес он. – Эта баба, как вы изволили выразиться, моя. Не так ли, дорогая? – он особенно выделил последнее слово, чуть повернув голову в мою сторону.

– Да, дорогой! – на всякий случай пискнула я фальцетом.