Вспомни меня

Просто не жру все подряд. Хотя иногда хочется. ПП – это же не диета, а образ жизни. И в таком теле мне гораздо комфортнее, чем в жирном. Хотя, я и сейчас вешу девяносто семь кило, но основная масса – мышцы, а не жир.

– Качаешься?

– Ну, так, потихоньку треню, – хмыкнул Григорий.

Он был максимально сосредоточен на дороге, двигаясь медленно, стараясь не зацепить колесами обочину. Не хватало еще перевернуться здесь и угробить и себя и эту девушку. Странно, что на работе она казалась ему злобной мегерой, а сейчас была вполне нормальной, с такой даже и пообщаться было приятно.

– Сколько тебе лет? – спросил сам для себя неожиданно.

– Двадцать пять, – отозвалась Катя, зевая.

Ее стало вновь клонить в сон, и она еле держала глаза открытыми.

– А тебе?

– Мне двадцать девять, очень скоро будет тридцать. Круглая дата, – улыбнулся Гриша. – Придется отмечать с коллективом, у нас не простят, если я тихо сольюсь. Так что буду ждать тебя на моем празднике. Приходи, можешь вместе с дочерью, будет все цивилизованно, никаких танцев на столе без трусов.

– Скукота! – заулыбалась в ответ девушка. – Танцы без трусов – это ж моя мечта.

– Да? – покосился на нее Плотников.

– Конечно! – ответила Катя, продолжая улыбаться. – Если именинник этого желает, пусть танцует!

– А я думал, ты будешь танцевать! – подначил ее врач.

– Не, ты что, я ж суповой набор, на что там смотреть-то без трусов?

– Ну, разные ж любители имеются, – Гриша кинул взгляд куда-то в район Катиной груди, отчего девушка смутилась и плотнее запахнула пуховик. – Судя по указателям, скоро приедем.

Вскоре на дороге появились фонари, и стало двигаться легче, а на въезде в город уже вовсю работала снегоуборочная техника, да и сам снегопад был здесь меньше.

– Сейчас позвоню Лехе, узнаю, на работе он или дома, – остановился на обочине Гриша, набирая номер знакомого хирурга.

Коротко переговорив с ним, покосился на Катю.

– Он на дежурстве, сейчас ключи заберем, и переночуем у него. Правда, там однюшка, но есть диван, поместимся.

Внутри девушки тут же все заледенело.