Личный врач Кощеюшки

– Ожидает уже в смотровой, – ухмыльнулась Лида, врач приемного покоя и моя однокурсница. – Тот еще красавЕц, – сделала ударение на последний слог.

– Опять? – вздохнула я. – Что ж такое? Все красавцЫ ко мне.

Покачав головой, направилась в смотровую. Вот как пить дать – шел, запнулся, упал, сломал нос. Все рассказы как под копирку, никому не хочется возиться с полицией, ведь мы все сведения о травмах в драке передаем туда.

Войдя в перевязочную, нахмурилась – пациент уже сидел в кресле и настороженно смотрел на меня через стекло, отгораживающее саму смотровую зону.

– Доброй ночи. Слушаю вас. – На работе мне не до сюсюканья и улыбок.

– Доброй. Шел, упал, ударился носом, – прогнусавил мужчина, глядя на меня голубыми глазами из-под веера черных ресниц.

Красавец! Даже распухший шнобель не мог этого скрыть. Чувственные губы с вертикальной небольшой раной с уже запекшейся кровью на краях, смуглая кожа, черные волосы, идеальный разлет бровей – встреть я его где-нибудь в обычной жизни, могла и залюбоваться.

– Дульсинея Петровна, снимок.

Оля подала мне уже готовый рентген-снимок, на котором явно видно было перелом костей носа. Я вздохнула. А вечер так томно начинался.

– Давайте посмотрю вас, – пациент настороженно следил за мной. – Будем репозицию делать?

– Делайте все, что нужно, – буркнул пациент. – Оплачу в тройном размере.

– У нас здесь не платная больница, – я взяла лоток из ультрафиолетовой камеры со стандартным набором для репозиции и поставила на столик.

– Разберемся, – строго ответил мне мужчина, а я мысленно поморщилась – не люблю таких категоричных типов.

Дальше действовали строго по алгоритму – обезболивание, репозиция, гипс.

После того, как пластырь был плотно зафиксирован на лице многострадального красавчика, я отправилась писать справку, а Оля еще ворковала над ним, отмывала от крови, утешала, что было больно – настоящая сестра милосердия.

*********

– Дульсинея Петровна? – в ординаторской моего отделения было сумрачно и прохладно.

– Да? – отвлеклась от компьютера, в котором пыталась писать работу на категорию.

– Там к вам мужчина. С гипсом. Говорит, что-то спросить хотел, – постовая сестра Наталья заглянула ко мне.

Ну вот никакого покоя! И ночью достанут!

– Пусть заходит, – вздохнула я, сворачивая документ. Эх, придется все-таки домой брать и там писать.