Исчезновение золотой курицы, или Держите меня семеро!

– Позвольте вашу ручку, барышня! – подойдя к Бабе Яге, царь чмокнул ей руку и не спешил выпускать из своей, поглаживая запястье большим пальцем, но ничего, кроме неприязни, в Насте это не вызвало.

Еле выдрав ладонь, она незаметно вытерла ее о сарафан и постаралась не выдать раздражение. Ишь, павлин какой, распустил хвост! Года не прошло, как женился, а уже всяким посторонним девкам руки лобзает!

– Давайте присядем здесь! – махнул царь рукой на диванчик возле другого окна и сам первый направился к нему.

Настя заняла одно из кресел, Волк другое, расположившись таким образом треугольником. Сияющее лицо царя наводило на мысль, что прозвище свое он не зря получил.

– Мне нужно мое болото! – решила взять быка за рога Баба Яга, предпочитая не ходить вокруг да около.

Все эти экивоки – кому они нужны?

Царь, начавший было что-то говорить, округлил глаза и рот, поправил корону на кудрях, захлопнул рот, сглотнул слюну и откинулся на спинку диванчика.

– Какое еще болото? – сухо спросил он, вмиг растеряв вид добродушного увальня.

– Мое болото! – припечатала Настя, сверкнув глазами.

Волк достал из кармана документ, вручённый Бабе Яге утром, и подал царю. Тот бегло пробежал глазами и сложил губы в куриную попку.

– Государственное имущество! – с важным видом сказал он, подняв назидательно палец вверх.

– С каких это щей оно государственное? – вспылила Баба Яга, приподнимаясь.

Сейчас щелкнет пальцами, превратит этого колуна рыжего в клопа, и дело с концом! Пусть потом ищут свое государственное имущество.

– Но-но! – царь вжался в диван, побледнев. – Я – представитель власти! Первое лицо в стране!

Волк посмеивался, не делая попыток ни помешать Насте, ни помочь Ивану. Его забавляли ужимки царя и гнев подруги – такие смешные. Когда еще повеселиться удастся.

А Баба Яга разошлась. Подскочив к рыжему, схватила его за грудки и притянула к себе ближе, зашипев в лицо:

– Ты бы, твое царское величество, поостерегся бы с персонажем с нестабильной психикой связываться! Опасно это! Я ведь потом расколдовать-то и не смогу обратно! Поэтому давай ка подписывай документ, что болото мое до скончания веков и дело с концом!

– Но-но! – тот оказался не робкого десятка, высвободил ткань из цепкого захвата и поправил ворот.