Долина смертной тени

– Привет, док! Как сама? – засиял безумно обаятельной улыбкой вновь пришедший, уперев плечо в дверной косяк.

– Здравствуйте, детектив Хилл. Всё чудесно, спасибо.

– Слушай, у меня вопрос: ты как вообще это делаешь? Пока тебя не было, ни единого трупака в округе. Как только ты на работу вышла – бац, и вот он! В чемодане через таможню протащила и пока до дома добиралась, вышвырнула в поле за ненадобностью?

– Мы как раз обсуждали это совпадение с детективом Кингом перед вашим появлением. Пришли к мнению, что им просто нравится моё посмертное участие, – Мэй широко улыбнулась, явно незадетая словами парня.

– На вкус и цвет, как говорится, да?

– ЗАТКНИСЬ, РАДИ БОГА! – беззвучно произнёс Дейв, прожигая друга взглядом.

– Ладно, раз с формальностями покончили, предлагаю познакомить вас поближе с нашим новым другом. Он неразговорчив, но когда нас это останавливало, верно? – Роб просто излучал энергию позитивного мышления. – Блин, уже не терпится узнать, что он жрал в последний раз. Док, молю, давай с разрезания пуза начнём! Клянусь, моя саааааамая любимая часть.

Покачав головой, Мэй посмотрела на Хилла как на любимого, но крайне непоседливого щенка, обожавшего своими выходками вгонять всех в краску. Перевела взгляд на Кинга и слегка вскинула бровки, давая понять, что напарник у него исключительный. Затем встала и потянулась за халатом.

– Мы подождём в коридоре, не будем мешать. Извините Роба, он, как обычно, не в себе.

Виновато улыбнувшись, Дейв схватил друга за рукав куртки и выволок вон, не забыв прикрыть дверь.

***

Шаги гулким эхом раздавались под сводами церкви. Стройная фигурка, которую не был способен скрыть широкий чёрный плащ, неторопливо шла в сторону алтаря, создавая еле заметные колебания воздуха. Пламя свечей подрагивало, рисуя на стенах странные, а порой и зловещие узоры из теней.

Скинув с головы капюшон, молодая красивая девушка преклонила колени, зашептав молитву и прикрыв глаза. Тень от темных, густых ресниц, упала на ее бледную бархатистую кожу лица.

– Давно ты вернулась, дитя моё?

Девушка резко замолчала и, привычным движением осенив себя крестным знамением, обернулась.

Старый священник застыл под внимательным взглядом разноцветных глаз: синий, словно морская глубина и изумрудно зеленый, как мох на старых ступенях, ведущих в церковь, а затем тепло улыбнулся.