Только ты и я

Мне хотелось, чтобы вас поразила тяжелая, мучительная болезнь, чтобы вы на своей шкуре узнали, как я чувствую себя сейчас.

Ты открыл перед ней дверцу машины. Она плюхнулась на переднее пассажирское сиденье – на то место, рядом с тобой, которое всегда принадлежало мне! Ты уже хотел захлопнуть дверцу, но вдруг замешкался. Твои пальцы стиснули ручку так крепко, что побелели суставы. Сквозь пелену нахлынувших на глаза слез я увидела, что ты глядишь в мою сторону…

…И не улыбаешься.

18

Стивен

В гостиной Элли заканчивала накрывать стол к ужину, нанося последние штришки.

– Ух ты!.. – весело сказал Стивен, входя.

Один конец длинного стола был накрыт на двоих, на каждой горизонтальной поверхности мерцали толстые декоративные свечи, в камине пылали толстые кедровые поленья. Несмотря на современную отделку, отблески пламени придавали комнате какой-то средневековый, готический вид. Наслаждаясь этой атмосферой уюта и тепла, Стивен любовно поправил манжеты рубашки.

– Выглядишь прекрасно, Стивен.

Кроме голубой оксфордской рубашки, на нем были джинсы и тонкий темно-синий джемпер с V-образным вырезом – единственная уступка неформальному стилю, которую он себе позволил. Элли была одета в тонкое черное платье (его подарок), которое облегало ее гибкое тело настолько плотно, что было сразу видно: никакого белья под платьем нет, что, в свою очередь, выглядело очень соблазнительно и многообещающе. Что ж, ничего удивительного тут не было: Стивен отлично знал, что? Элли больше всего идет, и платье было еще одним доказательством его проницательности.

– Благодарю, – церемонно сказал он и погладил ее по щеке. – Совсем холодная… Замерзла?

– Я ненадолго выходила наружу, – ответила Элли, и он нахмурился.

– Это еще зачем?

– Мне что-то послышалось.

Не сказав ни слова, Стивен вышел в прихожую. Тяжелый засов входной двери с лязгом вошел в гнездо.

– Вот так. – Он повернулся к Элли. – Теперь к нам никто не залезет – эта штука выглядит довольно крепкой. – Стивен вернулся в гостиную, она – следом. – Не знаю, как насчет пожарной безопасности, – проговорил он, еще раз окидывая взглядом комнату, – но выглядит очень и очень мило.