Однодневки. Они только открывают двери

Однодневки. Они только открывают двери

Сергей Валерьевич Мельников

У Семёна началась новая жизнь, а старая закончилась. В новой жизни нет родных, но есть пустая квартира в чужом провинциальном городке и неожиданные вызовы. А ещё обратный отсчёт: "Десять… Девять… Восемь…"Он пытается привыкнуть, приспособиться, не рефлексировать – не получается. Неожиданно у Семёна появляется друг, и становится ещё сложнее.О чём вообще этот рассказ? Может, о смертных грехах? А вы уверены, что их всего семь?

Сергей Мельников

Однодневки.

Они только открывают двери

В прошлой жизни Семёна было жарко. Там гнулось раскалённое добела железо в бензиновой гари, невыносимая боль разрывала лёгкие. Мозг, оглушённый этой болью, думать был неспособен. Холодная рука держала его запястье, и кто-то устало и тихо считал пульс – очень медленно, будто сердце вот-вот остановится, и почему-то в обратную сторону. В паузах между цифрами голос искушал, сулил освобождение от мучений, требовал немедленного решения, но как можно на что-то решиться, когда каждая клеточка мозга пылает от боли? В последнюю секунду, между единицей и нулём, Семён сдался.

Ему не соврали: боль исчезла, но не всё остальное. От грубого удара в спину он вылетел из машины «Скорой помощи» и уже сам, подгоняемый тычками, под злобное шипение незнакомого седоусого мужика ходил между кричащими и стонущими людьми, ловил трясущиеся запястья и считал. Он не сразу понял смысл этих действий, а, когда понял – ужаснулся, но было поздно.

Тогда Семён почувствовал себя обманутым.

Он с яростью кинулся на седоусого, но с тем же успехом можно было колотить кулаками в бетонную стену. «Я тебя, что ли, на работу брал?! Иди людьми занимайся!» – отрезал тот и полез за сигаретами.

Семён сделал всё, что от него требовалось. Вскоре ночную тишину нарушал лишь треск остывающего железа. Потом он сидел в «скорой», глядя отупевшим взглядом на свои измазанные сажей, трясущиеся руки, а седоусый гнал по тёмной дороге. Машина прыгала на ухабах, в приоткрытое окно врывался свежий воздух, трепал волосы, тушил горячку.

Понемногу шок отпускал, и Семён думал, что сейчас его могло не быть уже в живых, а значит не всё так плохо.

Мимо с рёвом сирен пронеслась целая вереница: пожарные, полиция, реанимобили. Рокот мотора их скорой рикошетил в окно от пролетающих встречных машин. Седоусый посигналил, но скорость сбрасывать не стал. Семён подумал, что так и не знает, как зовут водителя, и его именем тот не поинтересовался.