Железный цветок

– Зато тогда, мама, ты сможешь вернуться к своему племени, к людям, которых ты действительно любишь.

Профессор Воля колеблется, на её лице уже нет былой решимости.

– Андрас…

Он вдруг вскидывает руку, показывая матери ладонь с растопыренными пальцами.

– Взгляни на мою руку, мама, – требует он. – В ней столько же костей, сколько в твоей – в противоположность лживым россказням о рождении мира, которые выдумало твоё племя.

– На тебя падёт проклятие Великой Богини! – срывающимся голосом кричит его мать.

Глаза профессора блестят от непролитых слёз. – Однажды ты умрёшь, и от тебя останется лишь горстка пепла. И я пойду в райские кущи одна. Прежде была надежда, что Богиня сжалится над нами, но твой поступок… нам больше не быть вместе, сын мой.

– Нет, мама, – тихо увещевает её Андрас. – Когда мы умрём, от нас обоих ничего не останется, лишь пепел, как от всех остальных. И неважно, сколько историй придумано на свете, чтобы опровергнуть реальность. Мне дана лишь одна жизнь, и я хочу прожить её, ни о чём не жалея.

Пусть я обзаведусь женой, детьми и буду жить с народом, который меня примет. Амазы ничего этого нам с тобой не дали.

Профессор Воля молча стоит у костра, по её щекам катятся слёзы.

– Я больше не амаз, мама, – сочувственно говорит Андрас. – Но тебя я не брошу. Ты всегда будешь для меня самой родной на свете. До весны я поживу в лесу, буду по-прежнему помогать тебе с лошадьми, как обещал. А потом уйду в Южную стаю ликанов и примкну к ним.

Очень надеюсь, что однажды и ты откажешься от вранья, которым тебя столько лет потчевали амазы.

Профессор Воля лишь качает головой, мучительно подыскивая слова.

– Андрас, нет…

– Мама, я всё решил, – обрывает её Андрас. – Если ты не можешь принять это, тебе лучше просто уйти, – грустно добавляет он.

– Сын мой…

– Нет, – с нажимом произносит Андрас. – Оставь меня в покое.

Профессор Воля колеблется, оглядывается, будто обезумев от горя, и уходит, скрываясь за деревьями.

Андрас, сгорбившись и обхватив голову руками, остаётся у костра.

Дождавшись, пока шаги профессора Воля окончательно стихнут, мы с Айвеном подходим к костру и усаживаемся по обе стороны от Андраса, который по-прежнему сидит совершенно неподвижно.

– Прости… мы всё слышали, – говорю я, ласково касаясь ладонью его спины. – Мне очень жаль… всё так сложно.

Андрас поднимает голову и устремляет отчаянный взгляд в огонь. На его щеках блестят слёзы.