Железный цветок

– Я не премину воспользоваться всеми способностями, которыми наградил меня Древнейший в доброте своей, – с церемонной вежливостью отвечает Тристан.

Тётя довольно кивает и мрачно напоминает Рейфу:

– А тебе пришло время забыть о безответственных выходках.

– Я сделаю всё возможное, чтобы взять пример с младшего брата, – отвечает Рейф, буравя тётю стальным взглядом.

Некоторое время они пристально смотрят друг на друга, никто не желает уступать. Наконец тётя снова поворачивается к Тристану, нашему идеальному гарднерийцу.

– Тристан, хочу поблагодарить тебя за письма. Я не могу часто покидать Валгард, поэтому хочу, чтобы ты стал моими глазами и ушами. Пожалуйста, продолжай писать обо всём и сообщи, если твои брат и сестра снова свернут с истинного пути. Не стесняйся.

– Я всё сделаю, тётя Вивиан, – отвечает Тристан. – Глаз с них не спущу.

Через несколько дней Тристан вдруг приходит вечером к нам в Северную башню и вызывает меня в коридор. Когда мы остаёмся наедине, он осторожно вынимает из кармана накидки мою белую волшебную палочку.

Другая палочка, подарок тёти Вивиан, висит в ножнах у него на боку. С каждым днём мой младший братик всё больше походит на сильных магов.

– Вот, Рен, – говорит он, протягивая мне волшебную палочку. – Бери.

Мои линии силы тянутся к белой палочке, но я не спешу принимать её обратно.

– Зачем? Во мне нет магии.

Он молча отметает мои протесты.

– Палочка меня больше не слушается. Впала в спячку или… – По лицу Тристана пробегает тень беспокойства.

 – Она как будто обрела собственную силу и больше мне не подчиняется.

Брат внимательно смотрит на меня, будто выясняя, не стану ли я смеяться над его словами.

Ничего смешного я не нахожу. Мне давно известно, что это не обычная волшебная палочка.

Белый Жезл.

И почему мне всё время лезет в голову эта безумная мысль? Это не может быть тот самый Белый Жезл из легенды… что-то со мной не то.

Я принимаю из рук брата белую палочку, и Тристан с облегчением улыбается. Мои пальцы обвиваются вокруг деревянной ручки с резными спиральными желобками, и я медленно выдыхаю.

Как приятно касаться этого дерева. Слишком приятно. Так хорошо мне не было рядом ни с одним деревянным предметом или деревом.

– Ты ведь знаешь, Рен, я никогда не считал себя верующим, – говорит Тристан, не сводя глаз с моей волшебной палочки. – Однако с недавних пор… я стал видеть сны. Очень часто. Мне снились белые птицы, дерево и эта волшебная палочка. Все сны заканчивались одинаково.