Железный цветок

 – Он ясно сказал, что не поддастся чувствам… или что там вспыхнуло между нами. Он никогда не будет со мной. Так пусть идёт своей дорогой!»

Послушавшись внутреннего голоса, я обнимаю Лукаса и притягиваю его к себе.

Он тут же отзывается на мой порыв – его руки смыкаются на моей талии, а губы прижимаются к моим.

«И не нужен мне Айвен», – утешаю я себя, загоняя подальше обиду и тая в жарких объятиях Лукаса.

Но почти физически ощутимая страсть Айвена по-прежнему со мной, хоть и прячется в самой глубине сердца.

Глава 7. Водяной конь

Я осторожно иду через редкий подлесок, крепко держа дужку фонаря и ориентируясь по следам на снегу. Выглядывающий из-под тёплой накидки краешек платья, расшитого цветами железного дерева, освещает дорогу, мерцая нежно-голубоватым светом.

Праздник давно закончился. Приближается полночь. Я сжимаю пальцами левой руки кулон снежного дуба. Непроглядно чёрный лес тяжело молчит, и в этой густой тишине моё дыхание звучит слишком громко.

Что, если деревья готовят ещё одно нападение призраков?

Тишина.

Лишь дрожь пробегает по тёмным стволам и ветвям, они словно отшатываются от меня. Но под их робкой покорностью угадывается что-то ещё.

Они ждут. Ждут, когда я попаду в ловушку.

«Прекрати, Эллорен, – убеждаю я себя. – Не позволяй деревьям сбивать себя с толку. Они ничего тебе не сделают. Это обыкновенный лес».

Сквозь ветви впереди мелькает оранжевое пламя, и я с облегчением, пусть и прерывисто, вздыхаю.

Сегодня очередь Тристана стоять на страже, пока Ариэль и Андрас лечат Нагу в пещере, где мы её прячем. Андрас учится на ветеринара, и кое-какие из его знаний пригождаются в уходе за драконом. Ариэль изучает в университете сельское хозяйство, коров, овец, прочий домашний скот и тоже вносит свою лепту. Хоть бы Джаред пришёл сегодня… я весь вечер о нём беспокоюсь.

Однако на поляне только Айвен. Он в одиночестве напряжённо застыл на бревне, устремив взгляд в костёр.

Мои щёки тут же вспыхивают румянцем смущения.

Пока я пристраиваю фонарь на ветку, Айвен явно следит за мной, хоть и не сводит глаз с огня. Присев напротив, я протягиваю замерзшие руки к пламени. В душе у меня бушует самый настоящий ураган. От костра во все стороны разлетаются искорки, будто светлячки посреди зимы, и я приказываю себе не смотреть на Айвена, не восхищаться его точёным лицом, освещённым золотистым светом костра.