Черная Ведьма

Это худощавый мужчина в длинной тёмной тунике, какие носят жрецы. На его груди белый знак – птица. Он моложе, чем большинство известных мне жрецов. У него правильные, немного резкие черты лица, прямые чёрные волосы зачёсаны назад, приоткрывая высокий лоб, и ниспадают на плечи. Яркие зелёные глаза смотрят пристально и живо, будто от них исходит внутренний свет.

Жрец смотрит на меня так, будто мы с ним давно знакомы и встретились после долгой разлуки. От этого взгляда хочется скрыться… поскорее и подальше.

Перед глазами вдруг возникает обгоревший ствол дерева… Чёрные обугленные ветви стремятся к высокому бескрайнему небу.

Страшный образ затягивает в пустоту отчаяния, и я хватаюсь за перила балкона, чтобы не упасть.

Дерево ещё раз вспыхивает где-то на границе сознания, а потом исчезает.

Прищурившись, я глубоко вздыхаю. Наверняка показалось. Это лишь игра света и тени.

С бешено колотящимся сердцем я снова отыскиваю в толпе жреца. Он по-прежнему смотрит на меня, как на давнюю знакомую.

Пейдж кладёт руку мне на плечо и мягко, ободряюще напоминает:

– Пора, Эллорен.

Не зная, куда деваться от смущения, я машинально переставляю ноги и спускаюсь по ступенькам, покрытым мягким ковром, который, к счастью, не даёт мне поскользнуться. Вишнёвое дерево блестящих перил дарит мне капельку силы, помогает успокоиться.

Вот лестница заканчивается, толпа в изумлении расступается, и я оказываюсь прямо перед моложавым жрецом. И снова вижу чёрные ветви мёртвого дерева. Я быстро, встревоженно моргаю, и призрак тает.

Что-то здесь не так. Мне вдруг кажется, что я стою на опушке дремучего леса, а где-то во тьме, за деревьями, прячется волк. Однако все вокруг уверены, что беспокоиться не о чем.

Я встречаюсь с властным взглядом жреца.

– Эллорен, – сияя улыбкой, тётя представляет мне гостя. – Познакомься, это Маркус Фогель.

Маркус Фогель с какой-то змеиной грацией берёт мою руку и склоняется над ней в поцелуе. От любопытства его зелёные глаза сияют ещё ярче.

Мне очень хочется отодвинуться хоть на шаг, но, собрав все силы, я остаюсь на месте.

Как странно… кожа у Фогеля тёплая, почти горячая.